Эпоха мертвых. Дилогия (СИ)

 — Хотел бы я знать, что за мысли крутятся в их расплавленных мозгах.

— А ты подойди да спроси, — хохотнул Дамиан, тщетно пытаясь подражать спокойному, как удав, приятелю — это он с виду только такой крепыш да качок, на деле обычный «чипа», так в Польше зовут трусов, тех, кто горазд шлепать языком попусту и строить из себя крутого.

— Кстати, почему по объездной не едем? — полюбопытствовал Томаш, помалу приходящий в себя.

— Потому что все туда прут, может быть пробка, да и вроде кто-то уже говорил вчера по радио, что там затор. Кстати, ты может шапку свою дурацкую снимешь?

— Отхлынь, — огрызнулся Томаш, поправив взмокший головной убор, под которым волосы слиплись, как не размешанные вовремя макароны.

Ехать надо было далеко, до городка под названием Реда. Томаш боялся пробок, но главная улица, идущая через Гданьск, Сопот и южную Гдыню была очень широкой, а машин попадалось все меньше.

Томаш вспомнил, что надо позвонить Наталье — не время больше играть в обиженных. На счастье, сотовая сеть снова работала стабильно. Похоже, тех, кто ее перегружал, уже превратили в безмозглых болванов, и теперь можно спокойно звонить и отправлять сообщения.

Еще вчера вечером телефон Натальи был выключен, но теперь она была доступна. Волна облегчения прокатилась по телу, сменившись волной тревоги.

— Томаш?

— Привет, детка. Ты в порядке? Не спишь?

— Сплю? Нет, нет, не сплю… Я в порядке, а вот папа и Марчин…

— Укусили? — встревоженно спросил Томаш, отрешенно глядя, как здоровенный дядька на тротуаре сидел на тощем пацаненке и с хрустом долбил его голову огромным булыжником.

— Да, — Наталья ожидаемо захныкала. — И до мамы не могу дозвониться, она вчера в Варшаву уехала к подруге.

Томаш прекрасно понимал, что это означало, но ему хватило ума не озвучивать свои домыслы.

— Ты сейчас где?

— Дома.

— А отец твой с братом?

— Не знаю, были во дворе, но уже с полчаса, как пропали. Что мне делать, Томаш?

— Я за тобой приеду, через пару часов, — буркнул Томаш, и тут же сердито добавил. — А ты почему сама-то не позвонила? Телефон выключила.

— Да я как-то растерялась, — новые всхлипывания, на сей раз более громкие и какие-то гнусавые, ну что за истеричка. — Забери меня, пожалуйста.

— Конечно, пупсик, не плачь, закройся в своей комнате и ни шагу на улицу, поняла?

— Ага, поняла. Мне страшно."

"— А мне-то как страшно! Но я ж сказал — вытащу тебя, потерпи маленько. Давай, до встречи. Я совсем скоро буду.

— Жду, Томек, поспеши, пожалуйста…

Ждать она будет, ага. Томаша охватила злость — чем же она, стерва, раньше думала? Могла бы позвонить, точно могла. Хотя, если ее папашу и дебила-братца покусали эти психопаты, тогда, наверное, правду говорит. Странно, что у нее крыша не поехала.