Эпоха мертвых. Дилогия (СИ)

Тем временем с нашей стороны еще раз протрещал АК, и по мосту разнесся крик ярости и боли. Леха, красавец!

Перед тем, как показаться на виду у врагов, я осторожно выглянул за ограду и тотчас на всякий случай отскочил, опасаясь встречной пули. Стрелков оказалось трое, один уже злобно шипел, с отчаянием глядя на сбегающую по голубым джинсам кровь из простреленной ноги. Он катался спиной по железной ограде, сжимая рану и стеная, пока его товарищи щедро осыпали Леху проклятиями и пытались выцелить удачливого снайпера. И как это ему вообще удалось подбить бандита именно в ногу? Вот уж случай — как-то попал между металлическими полосами ограждения, ювелир, блин.

Меня никто по-прежнему не замечал, с этого направления опасности не ждали. Со стрелками нас разделяло не больше ста метров, и мне требовалось быстро и скрытно преодолеть эту дистанцию. Очень важно было еще и не угодить ненароком под дружеский огонь от Лехи или беспутого Томаша.

К счастью, на пути мне встретилось достаточно много плотно стоящих друг другу машин — наверняка через километр-полтора весь этот поток уперся в какую-нибудь преграду и намертво встал.

Пробираясь вперед, я старался не задерживать взгляд на ужасно выглядящих трупах, которых здесь тоже было в достатке. Я быстро проскальзывал по ним глазами, не находил опасности (кроме запаха, конечно) и шел себе дальше. Дышал мелко и часто, изредка припадая носом к рукаву прокуренной толстовки. Уж лучше вдыхать прогорклый табак, чем трупную вонь.

В боку покалывало, дыхание сделалось прерывистым, в голове зашумело — а ведь Минздрав предупреждал, идиота.

Леха, устав терпеть, отстрелялся остатками магазина и затих. Он не попал, но не попали ответным ударом и поляки. Подбитый вояка, продолжая подвывать и клясть всех и вся, устал ждать приятелей, спустил, наконец, джинсы и начал неуклюже перевязывать рану носовым платком. Интересно, он хоть пулю вынул?

Никогда не думал, что убить человека так сложно. Зомби легко, а вот не зараженного сложно, и тут даже объяснять нечего. Но куда деваться, все бывает в первый раз.

Вот он, голубчик, в пяти шагах, прямо за стареньким вторым «транспортером», послужившим мне укрытием. Я взял его на мушку, промазать с такого расстояния не получится.

Решимость стрелять появилась, как только спустя два мелких осторожных шага мне открылся вид на изрешеченный джип Гжегожа и Барбары, на их нашпигованные пулями обмякшие тела, открыли огонь без всякой на то причины. Они были похожи на тряпичные куклы, измазанные красной краской и опустившие головы, бессильные без своего кукловода.