Эпоха мертвых. Дилогия (СИ)
Это тот случай, когда горькое предчувствие надвигающейся катастрофы оправдывается, и люди оказываются перед лицом страшной опасности — куда более серьезной, чем они ожидали. Спасения ждать неоткуда — мир осыпался пылью в одно мгновение, и лишь самые удачливые продолжают путь, борясь с теми, кого они по привитой Голливудом привычке именуют «зомби». Но это не те вялые тугодумы с навеки замершим сердцем — нет, людям противостоят совсем иные существа, которые меняют облик каждый день, становясь умнее, хитрее и опаснее. Выжить в новом мире непросто, да и, кажется, что и цепляться за жизнь больше не для чего, но только не тогда, когда рядом — лучшие друзья, с которыми и море по колено.
Грохот мигом разнесся в обе стороны улицы, отражаясь от стен невысоких, но очень плотно стоящих друг к другу домов. Догадки подтвердились, зомби синхронно сорвались с места. Бежали они в ту же сторону, откуда пришли, да так быстро, что спустя минуту их и след простыл. Немного отставала только полная азиатка, пару дней назад восхищенная охавшая при виде местных достопримечательностей, но она старалась, да так сильно, что увесистый чехол с фотоаппаратом на каждом шагу подскакивал и колотил ее по несуществующей груди. И чего она его не снимет, фотоаппарат этот? Нет, все же они еще тупые.
— Она жива, — едва опасность скрылась из вида, как парень снова начал канючить. — Я точно Вам говорю, жива…
— Послушай, Бастиан, — Хельмут взял юношу за плечи и посмотрел ему в глаза. — Мне жаль. Клянусь, мне невероятно жаль, я сочувствую тебе, соболезную. Но твоя девушка мертва.
— Сандра… Она…
— Увы. Я даже отсюда видел, что…"
"Хельмут заметил, что эти паузы в речи Бастиана носят явно нездоровый характер. Он хватал ртом воздух, полезли из орбит глаза. Черт возьми, да у него паническая атака! Хельмут растерялся и перепугался, но нельзя подавать виду, нужно во что бы то ни стало успокоить паренька, из кожи вылезть, но успокоить.
— Бастиан, прошу тебя, послушай меня, — скороговоркой затараторил Хельмут, все так же крепко держа мальчишку за плечи, не давая ему завалиться на бок. — Да, тебе покажется страшным то, что я сейчас скажу. Но мир ведь теперь тоже страшный, совсем не такой, как в прошлые выходные, правда? Так вот, сынок, я видел, как они набросились на Сандру, но я подоспел слишком поздно.
— Я… Сандра… — Бастиан напоминал выброшенную на берег рыбу, теряющую остатки кислорода. Он уже начал зеленеть, и, тщась удержать слабеющую связь с миром, вцепился ледяными пальцами в предплечья Хельмута. Тому лишь оставалось тщательно чеканить слова, пытаясь пробить ими спешно выстроившуюся паническую стену.
— Ты ничего не мог сделать. Ни-че-го! Пойми и успокойся, сейчас же! Сандра хочет, чтобы ты жил.
Бастиан вдруг хрипло вдохнул, да так сильно и жадно, что аж поперхнулся и закашлялся. Хельмут растерянно постучал ему кулаком по спине, но парень жестом велел остановиться. Он начал дышать, невидимый закупоривающий трахею блок оказался прорван, спазм разжался.
















