Эрагон. Книги 1-4

С полдюжины деревень стоя­ло на берегу озера или чуть поодаль, но благодаря приме­ненной Эрагоном магии люди внизу не замечали дракона, пролетавшего у них над головой.

Глядя на эти деревушки, Эрагон думал о том, до чего же они малы и заброшены, до чего же — если оглянуться назад — был крошечным и его родной Карвахолл в сравне­нии с теми огромными городами, в которых он впослед­ствии побывал. Эти деревушки сверху казались скоплени­ем жалких хижин, едва пригодных для жизни. Впрочем, жили в них по большей части действительно бедняки, ко­торые за всю свою жизнь порой не бывали дальше чем на несколько миль от родной деревни и вечно обречены были существовать в том крошечном мирке, который был огра­ничен пределами их зрительного восприятия.

«Какая убогая жизнь!» — думал Эрагон.

И все же ему казалось, что, может быть, это и к луч­шему — жить всегда на одном месте и постоянно узнавать о нем что-то новое, а не бродить вечно по белу свету? Да и ценнее ли знания обширные, но поверхностные узких, но более глубоких?

Он вдруг вспомнил, как Оромис однажды сказал, что весь мир можно вывести из одной-единственной песчин­ки, если достаточно внимательно смотреть на нее.

Спайн был во много раз ниже Беорских гор, и все же его каменистые вершины вздымались на тысячу футов и даже выше того уровня, на котором летела Сапфира, и ей при­ходилось то и дело огибать их, следуя вдоль узких, полных тьмы ущелий и горловин. Время от времени она поднима­лась очень высоко, преодолевая голые заснеженные пере­валы, и с такой высоты Эрагону казалось, что эти горы по­хожи на клыки, торчащие из коричневых десен земли.

Когда Сапфира скользила над одной особенно глубо­кой расщелиной, он увидел на дне этой пропасти тонкую ленточку ручья, извивавшегося по травянистой лужайке.

По краям этой небольшой горной долины виднелись то ли дома, то ли палатки, скрытые низко свисающими тяжелы­ми ветвями могучих елей — такими елями заросли здесь все склоны. Сквозь темные ветви золотой искоркой мель­кнул огонек костра, и Эрагону показалось, что он заметил одинокую фигуру какого-то человека, бредущего от берега ручья к жилищам. Фигура его показалась Эрагону странно громоздкой, а голова — слишком крупной для такого тела.

«Наверное, это ургал».

«Где?» — спросила Сапфира с явным любопытством.

«На поляне под нами. Жаль, что нет времени вернуться и выяснить. Мне бы хотелось посмотреть, как они живут».

Сапфира фыркнула. Горячий дым вырвался из ее ноз­дрей, и она, извернув шею, сказала Эрагону:

«Мне кажется, они не слишком дружелюбно отнеслись бы к дракону и Всаднику, которые без предупреждения вздумали приземлиться возле их селения».

От ее дыма Эрагон закашлялся, из глаз у него потекли слезы.

«Может, ты все-таки перестанешь дымить?» — сказал он ворчливо.