Яга

От такого расстройства Баба Яга знатному пленнику голову отрубила – его же мечом рубанула по шее, а после в сердцах кисти рук отсекла. Зато успокоилась, уселась на крыльцо избы, замерла, да так и сидела до утра, любуясь зорькой в тиши и спокойствии. Даже песню какую-то заунывную затянула, да слова забыла.

Леший Аука ночью сгреб останки степного вождя и унес за ограду, там и бросил, а вот голову в заостренном шлеме водрузил на свободный дрын. Хотелось коряжистому обитателю самолично хозяйке угодить, поэтому он и старался по хозяйству, как мог. Двор подмел, кровавые следы сухой травкой припорошил, отрубленные руки воина на елку сушить повесил – вдруг хозяйке пригодятся потом.

Еще несколько дней Баба Яга ходила по двору и его окрестностям задумчивая. Иногда довольно хмыкала, думку думала и надумала. После случая с печенегами наловчилась ведьма на широкую реку

Славутич[7] летать, купцов грабить, да и на прочий проезжий честной люд жути нагонять.

Переполненная восторгом и злорадством, она молча неслась над сумеречной землей, над верхушками деревьев к береговой линии реки, к «древнему пути из варяг в греки».

Там, на песчаной отмели разбили бивуак идущие на полярную звезду купцы.

Торговцы шли с наполненными товаром ладьями к норвигам, этим грубым, самодовольным и немытым племенам. Баба Яга их не шибко жаловала. Зачастую небольшие отряды варягов шли на своих пестрых ладьях рядом с купеческими суденышками, и чтобы добраться до ценной добычи и нужного пленника, ведьме иной раз приходилось раскидывать волшебством этих настырных и натрыжных торговых защитников.

Но Баба Яга не топила их смешные кораблики с резными драконьими мордами и цветастыми парусами.

Причина была проста – красиво, и все тут. Люди-то ведь старались, мастера с обручами на лбах разукрас чинили – жалко такую красотищу уничтожать. А настоящую красу Яга понимала и ценила.

А вот самих норвигов она не жаловала. Если какой викинг вставал на ее пути, размахивая своим жутким топором, она его убивала без сожаления. Вот тогда-то и стал торговый люд побаиваться смоленских излучин Славутича – поговаривали, что места эти прокляты, мол, нехорошие, недобрые здесь берега, а все потому, что какая-то злая ведьма тут завелась и лютует.

Грабила Баба Яга купчишек, грабила. Бывало, помимо чудных харчей и бесценной соли, золотишко с каменьями прихватит, а более всего пристрастилась вечная ведьма к специям – красному жгучему перцу и корице. Ну, и шалила, конечно, в темноте безлунной и хмурой. Пленников что поменьше заставляла остолбенеть, а затем злорадно забирала в свое логово.

Страшной ведьме нужны были человеческие головы для создания первого мнимого круга – максимальной и мощной защиты.