Яга

Кинув, казалось бы, рассеянный взгляд на приближающуюся ничем не примечательную тучку, Баба Яга начала речитативом наговаривать свое новейшее боевое заклинание «Каменный дождь»:

– Притянись тучка! Наполнись тяжестью злобной! Лей камни на сонм врагов! Треск! Треск!

Ведьма выдохнула заклинание, с каждым словом подвывая все сильнее и пронзительнее.

Быстро набравшая черноты и объема туча продолжала набухать, расти и принялась полыхать горизонтальными молниями, которые почему-то били не в землю, а в поднебесье.

А затем ведьма надсадно выпалила третий раз:

– Треск!

И небо раскололось.

– Пошли вон, ордынцы! – добавила она.

Совершенно черная, непроницаемая, переполненная неподъемным грузом туча сбросила вниз несколько сотен тонн свистящего щебня.

И монгольская армия закричала!

Иногда крики ужаса сменялись воплями предсмертной боли и резко прерывались, степняки гибли на месте, и не было им спасения. Они прятались под лошадей, но камни убивали животных, а затем спрятавшихся под ними людей.

Ужас от внезапной погибели не менее тысячи воинов и лошадей поразил все остальное ордынское войско.

Последние из мелких камней еще прошибали черепа людей и животных, когда завизжали огромные небесные бомбы. Каменные глыбы размером с арбуз и более устремились вниз. Они с вибрирующим визгом выпадали из ужасной тучи и с оглушающим, низким, утробным звуком достигали земли, где с грохотом взрывались, поднимая фонтаны густой пыльной взвеси.

То тут, то там бомбы врезались в утоптанную землю, лошадей, людей, а иногда сталкивались с другими такими же камнями, лопаясь, разрывались на мириады мелких, острейших осколков-чешуек, которые разлетались в разные стороны, пробивая плетеные кольчуги и кованые доспехи, рассекая живую плоть.

К удивлению Бабы Яги монголы не побежали – угроза быть казненным за трусость пугала больше, чем даже эта каменная туча, а камни валились и валились. К тому моменту, когда туча совсем иссякла, погибших накопилось почти десять тысяч ордынских всадников, а раненых оказалось вдвое больше.

Вот теперь всем стало очевидно, что пришедшей на Русь монгольской армии сейчас не до штурма стен Смоленска.

Баба Яга уже не смеялась.

Она по кругу облетала эпицентр каменного побоища, с неожиданным спокойствием разглядывая практически уничтоженное войско степняков. Осознав последствия применения боевой магии, ведьма резко выросла в своих собственных глазах и в удивленных глазах Чернобога, который сам и породил ее невероятное могущество. А осада Смоленска так и не началась – некому было штурм учинять."

"Случайно выживший и совершенно потрясенный хан еще несколько дней пытался организовать отступление, опасаясь удара русичей.