Измена. Начать с нуля (СИ)

Не переживай, я ничего не говорила твоей жене, Марина не знает, как ты хвастался своей содержанкой и советовал Матвею завести такую же прелестницу, чтобы всюду гулять и спать с красоткой.

— Могла бы и сказать, — пожимает плечами Семен. — Это бы ничего не изменило. Мы давно приняли решение развестись и ждем суд.

Новость звучит, будто удар грома.

Не ожидала услышать подобное.

Марина ничего не говорила!

Глава 18. Она

Я на несколько долгих секунд застываю в ступоре, едва дыша. Семен, сидящий напротив, наоборот, дышит часто и шумно. Несмотря на внешнюю невозмутимость, его частое дыхание и беспокойно горящий взгляд выдают волнение.

Он будто сдерживается, но от чего?

— С трудом удерживаешься, чтобы не наговорить мне гадости? — спрашиваю прерывистым шепотом. — Давай же, скажи… Или ты только за глаза, в пьяном виде, можешь обсуждать внешность женщин, унижая их?!

Ничего не могу с собой поделать.

Визит Семена заставляет меня нервничать, чувствовать себя не в своей тарелке. Не могу не задеть его, потому что твердо для себя решила — хватит лжи в моей жизни.

Выходка Матвея на многое открыла мне глаза.

Наши отношения давно мертвы, и все, что было… Уже давным-давно перестало быть настоящим.

Матвей отыгрывал свою роль, ради статуса. Быть женатым, иметь семью в его положении означает демонстрировать еще одну сторону своей стабильной, успешной жизни. Причем, обязательно быть ведущим в семье.

На моем блеклом фоне Матвей выглядел очень ярко, презентабельно, и я только сейчас начинаю задумываться: почему я позволила задвинуть себя на второй, а то и на третий план… Он и одеваться советовал мне не столь ярко, как мне иногда хотелось на те редкие вылазки в свет, что у нас были.

Почему-то именно сейчас, сидя с бешено колотящимся сердцем под пристальным взглядом Семена я остро припоминаю каждый из таких случаев, когда Матвей говорил:

«Лиль, тебе этот красный не к лицу. Возьми то бежевое платье, которые ты примеряла до этого…»

И пусть мне всей душой хотелось залезть в красный цвет, я слушалась мужа, ведь ему было виднее, со стороны.

Еще я была уверена, что он мне только добра желает.

Он никогда не говорил прямо, до тех грязных ссор, что я выгляжу некрасиво, но всегда завуалированно давал понять, что считает именно так.

«Лиля, эта юбка с блузой совсем не по твоей фигуре…»

И, самое главное открытие…

Господи!

Как я была слепа!

Все эти фразы, сказанные пренебрежительным и покровительственным тоном, все эти снисходительные взгляды и советы не высовываться Матвей говорил задолго до того, как я располнела немного!

Вот это да…

Легкие вот-вот лопнут, оказывается, я совсем не дышу.