Краденое счастье

Чуть не каждый день она меня мучила: «А почему ты так сказала? А что ты имела в виду? А какие были твои глубинные мотивы? А я вот почувствовала то-то и то-то, потому что в детстве была лишена материнской ласки и ощущаю все острее, чем другие люди». Ну ощущай на здоровье, я-то тут при чем! – в сердцах воскликнула Антонина Семеновна – Если знаешь, что у тебя проблемы, так решай их сама, а не заставляй людей обращаться с тобой бережно и осторожно, как с тухлым яйцом.

– Может быть, она испытывала к вам… эээ… интерес определенного рода? – осторожно спросил Зиганшин, стараясь унять собственный интерес к сексапильной докторше.

– Да нет! В том-то вся и глупость, что весь дикий накал страстей был только ради чистой дружбы, – вздохнула Антонина Семеновна, – причем она так ловко подвела, мол, вот, смотри, я стараюсь, все для тебя делаю, открываю тебе душу, и если ты посмеешь в ответ меня не полюбить, то ты бессердечная сволочь, и ничего больше.

– Я понял, что Татьяна Николаевна была навязчивым и трудным в общении человеком.

Но почему вы сказали, что она не годилась на должность заведующей?

– Ну как? У руководителя в приоритете должно быть как заставить людей сделать дело, а не как заставить их себя любить."

"– Согласен. А еще что-нибудь можете рассказать о Верховской?

Антонина Семеновна нахмурилась:

– Для своих лет она была достаточно грамотным специалистом. Интересовалась новыми достижениями в нашей области и вообще много читала. И, знаете, ко мне она подлизывалась, но в работе совсем не была бессловесной и робкой, наоборот! Даже удивительно, боялась меня задеть неловким взглядом, а руководству высказывала свое мнение достаточно резко.

Я-то сама не ходила на планерки, но многие мне говорили, что Таня слишком много на себя берет.

Зиганшин напрягся:

– Кто?

– Да бог с вами! Откуда я помню через столько лет…

– Конфликты были у нее на этой почве?

– Что-то вертится в голове, вроде бы кто-то сетовал, что Таня дала публичную отповедь какому-то заслуженному доктору, но кто мне это говорил и что за доктор, хоть убейте, не вспомню.

Я вообще никогда не увлекалась сплетнями.

Мстислав Юрьевич внимательно посмотрел на собеседницу.

– Антонина Семеновна, – строго сказал он, – пропадает молодая успешная женщина. Не думаю, что в вашем окружении такое случается каждый день, и как бы вы ни относились к Верховской, ее исчезновение наверняка стало серьезным потрясением для вас. Вы ведь наверняка вспоминали всю историю вашего знакомства, какие-то подробности и несообразности.