Мама поневоле

Ты всегда планируешь теперь советоваться со мной?

Я удивленно на него посмотрела. Он взял меня за подбородок, приподнял голову и заглянул в глаза.

– Во всем, – послышался его низкий голос.

Я вдруг отчетливо поняла, что меня так привлекало в Глебе – от него веяло такой мужской силой, что у меня перехватывало дыхание, а пальцы на ногах поджимались, особенно, когда он так на меня смотрел. Мужчина с самого начала знал обо мне и моей жизни, если не все, то очень много. Наша встреча в клубе и та горячая, страстная ночь стали катализатором к действиям с его стороны. До сегодняшнего дня я полагала, что мы с Глебом всегда будем находиться в разной системе координат, а теперь понимала, что точек соприкосновения было значительно больше, нежели общий ребенок и взаимное влечение.

38. Глеб

Прошла почти неделя с того дня, как Ксения попросила дать ей немного времени, чтобы привести в порядок свои мысли и чувства относительно всего, что увидела и узнала в доме моей матери. Она пообещала позвонить мне сама, и я пошёл ей навстречу, предоставив такую возможность. Но только не затянулось ли ее молчание и одиночество? На протяжении этих дней каждое утро начиналось со звонка Павлу, который приглядывал за Ксенией и детьми в Питере. Нет, Ксении и детям ничего не угрожало и даже мне, но так было спокойнее на душе знать хотя бы от совершенно постороннего человека, что у нее все в порядке.

Я вернулся в Москву следующим же вечером после нашего разговора и погрузился в работу и отчеты. Цифры и рутина частично отвлекали от желания взять телефон в руки и набрать девушку самому. В этой ситуации я предоставил ей право выбора, потому что Ксения, на мой взгляд, действительно нуждалась во времени, чтобы понять серьезность моих намерений. Глубину моих чувств она тоже оценит, но несколько позже. Меня мучил всего один вопрос: как много ей понадобится времени? Не уверен, что выдержу больше недели, максимум, десяти дней ее молчания.

Отложив бумаги в сторону, я вышел из-за стола и подошёл к окну всматриваясь в длинный поток машин, который виднелся внизу. Зима в этом году была очень красивая, сейчас бы взять детей, Ксюшу и мчаться за город, чтобы покататься на санках и лошадях. Я обязательно так и сделаю через несколько дней, когда разберусь с делами. Я очень соскучился по Наде и даже по колючему Максу. Меня тянуло к Ксюше и детям, как магнитом. Мысленно я стирал все границы и барьеры, какие выстроила девушка в своей голове, брал ее в охапку вместе с детьми и тащил в свой дом.

Незадолго до смерти Карины я чувствовал себя примерно так же: вставал по утрам с улыбкой на лице, потому что в моей жизни появилось нечто важное, ради чего хотелось свернуть горы.