Мама поневоле

Он как раз в тот день в Питере был и, говорят, его видели в обществе новенькой девушки.

Я почувствовала, как у меня задрожали руки, а ноги сделались слабыми. Лучше бы и не пускала Алину на порог, честное слово! Вот дальше жила бы себе в неведении, кто этот человек и зачем мы ему понадобились, чем теперь изводить себя страшными мыслями.

– Мне плевать, кто он! Я ни с кем не была! А тебя бы попросила впредь больше не вспоминать тот вечер. Ты очень сильно меня подставила и разочаровала, – осадила я Алину.

– Я хотела, как лучше, Ксан, ну что ты, как забитая тетка? У тебя двое детей на руках, ты через десять лет станешь на Марию Гавриловну похожа без регулярного секса. Разве такой ты жизни для себя хочешь? Я вот еще пару лет с Родионом повстречаюсь и накоплю на приличную квартирку в центре Москвы, – с гордостью произнесла она. – А ты что? Разменяешь эту квартиру и отправишься в Бирюлево? Или еще куда подальше? Так ты хочешь, да?

– Перестань! – горячо воскликнула я.

– Ну ладно, не кипятись, – она миролюбиво подняла руки. – А что не было с ним ничего, это только тебе же в плюс. Жесткий мужик и нелюдимый. Недаром его Глыбой называют. Вот Родион чуткий и ласковый любовник, зря ты отказалась в тот раз, но, имей в виду, он до сих пор спрашивает про тебя…

Я смотрела на подругу и не понимала, почему столько времени не замечала, что под шкурой безобидной овечки прятался самый настоящий и клыкастый волчара."

"– Уволь меня от таких подробностей, а? – я скривилась и меня передернуло от отвращения. – Мне мерзко, что ты оказалась такая двуличная! И Родиона своего пошли от меня куда подальше!

– Да не собираюсь я лезть в твою жизнь. Не хочешь – не надо! Так что этот дядя? Пришел помочь или как?

Она обвела прихожую взглядом, будто намекая, что меня как принцессу переселят теперь с детьми во дворец.

– Да, пришел помочь.

– Бывает же такое. Ну, в принципе... у него денег куча, так почему бы племяннице не помочь? Родная же кровь в конце концов.

– Я не собираюсь с тобой тут сплетни сидеть перемалывать. И мужика этого впредь сторониться буду. Мне только криминала до кучи с подругой-шлюхой не хватало.

Не знаю, что на меня нашло, обычно я не раскидывалась оскорблениями.

– Какая же ты все-таки дура, Ксана! – Алина поднялась на ноги и вскинула подбородок. – Ты просто не представляешь, какие там бабки и связи водятся. Ты была бы умнее и обыграла все под себя. Но куда тебе со своей честностью? Шлюха я? Слова-то какие громкие! А сама ты кто? Суррогатная подстилка, которая детей больных рожает?

– Вон! – угрожающе прошипела я.

– Что? – хмыкнула Алина.

– Пошла вон! Ты не представляешь, каково это потерять здоровье и выходить больного ребенка. Не спать ночами и прислушиваться к его сбивчивому дыханию.