Мама поневоле

Обыграла все под себя? – если бы она знала, как это действительно тяжело и страшно поднимать детей одной, без помощи и поддержки. Это не ноги раздвигать перед мужиком в вип-комнате, наглотавшись какой-то дряни. – Я слишком много души вложила в своих детей, чтобы позволить другому человеку, которого не знала раньше, как ни в чем ни бывало войти в нашу жизнь.

Я намеренно умолчала о том, что Булатов, впервые появившись на пороге моей квартиры, заявил мне, что собирается забрать мою Надю, но именно эти его слова всплыли в моем подсознании и то, что я узнала сейчас о мужчине, не на шутку меня взволновало.

– Ду-роч-ка… – протянула Алина. – Ты и впрямь больная на всю голову. А ведь Родион запал на тебя... И Булатов этот наверняка бы рассмотрел твой нимб и крылья за спиной... Обогатилась бы! Поимела бы бабки с него, кому еще будет нужен твой ребенок? Тем более, больной. Душу она вложила... Никто не смотрит на это!

– Надя – не больной ребенок, мы немного отстаем в развитии. А ты не суди всех по себе, – пожелала я напоследок подруге, подтолкнула ее к выходу и захлопнула перед ее носом дверь.

Меня колотило так, что я не нашла ничего лучше, как отправиться в душ, чтобы успокоиться под горячими струями воды. Я дрожала так сильно, будто простояла на морозе несколько часов кряду. Вода не согревала меня. Все эти две недели я ходила сама не своя. Все надеялась, что спустя время вернусь к прежней жизни, забуду о той ночи и том человеке, но только вот проблеска что-то видно не было. Или я все видела и представляла в мрачных красках?

14. Ксения

По комнате разнеслась звучная трель входящего звонка, а на дисплее телефона высветилось имя Игната. Я знала, зачем он звонил. Наверное, снова будет требовать, чтобы я отдала долг.

– Макс, пригляди за Надюшкой, – попросила я сына.

Макс кивнул, а я вышла из комнаты, держа телефон в руках. Разговор не предназначался для детских ушей. Мой сын лишь с виду был маленьким мальчиком, но уже умел достаточно хорошо считывать мое настроение и не оставлял без внимания мое тревожное состояние.

– Да, Игнат, – вместо приветствия начала я и приготовилась услышать его последующие слова.

– Ксюша… – протянул он спокойным и ровным голосом. – Здравствуй, моя хорошая. Как дела? Как Макс?

– Все нормально, Игнат. Ты звонишь узнать, как у нас дела или напомнить мне о долге?

Мне был крайне неприятен этот человек, но каждый раз я сохраняла подобие дружелюбного тона.

– И о нем, в том числе. Я ведь давал тебе много времени вернуть деньги, не так ли? И долго, очень долго входил в твое положение. Но проценты растут, а мое терпение не резиновое...

Не было у меня лишних пятидесяти тысяч рублей! Ну вот не было, и потому я тянула время. Потому что это было неправильно. Я мать-одиночка с двумя детьми, а не бездонный денежный мешок.