Мама поневоле

– Головой отвечаешь за нее и детей, я спущусь пока на второй этаж. Детей забирайте, и в машину их всех веди, – распорядился он и перевел на меня невозмутимый взгляд. – Ты можешь нам доверять. Тебя и детей больше никто не тронет, поняла?

Я переводила заторможенный взгляд то на названого Павла, то на Витю, и спустя несколько секунд кивнула. Неужели весь этот кошмар и в самом деле позади, а Булатов, как и обещал, помог нам?

– Вот и хорошо. Витя!

Он отошёл от меня и кивнул парню в мою сторону, и я услышала его грузные удаляющиеся шаги.

– Что вы сделали с Игнатом? – спросила я.

Кем был этот Булатов, которого в узких кругах бандиты, подобные ему, называли мужчину странным прозвищем Глыба? Такой же безумец, как и подлец Большаков?

– Пока ничего, вырубили пару его ребят и вызвали полицию, – ответил парень.

Я вышла из комнаты, слегка пошатываясь, у меня сильно кружилась голова, но желание увидеть детей и убедиться, что с ними все хорошо, было слишком велико. Окончательно успокоюсь лишь тогда, когда обниму Макса и возьму Наденьку на руки.

Из соседей комнаты доносился до боли знакомый плач, я бросилась к двери, но она была заперта."

"– Отойдите! – приказал Витя и подошёл к двери.

Уверенным движением ноги он вынес дверь, и я увидела Надю и Максима. Дети сидели в углу комнаты и жались друг к другу. Мой мальчик держал сестрёнку на руках и пытался ее успокоить, она вздрагивала всем своим крошечным тельцем и, прижимаясь к нему, звала меня. Мое сердце готово было разорваться в клочья от этой сцены, я со всех ног бросилась к детям, позабыв о боли, позабыв обо всем на свете. Господи, все это время их, как заложников, держали одних за закрытой дверью? Какой же Игнат мерзавец!

– Мама? – в голосе Максима послышались радостные нотки. – Мамочка!

Я обнимала детей, прижимала к себе, целовала их, и из моих глаз текли слезы радости, оттого, что с ними все хорошо. Я подхватила Надюшу на ручки.

– Тише, мои хорошие, я здесь… Я больше никому вас не отдам. Тише… – успокаивала я плачущих детей.

– Мам, у тебя губа сильно разбита... – дрожащим голосом произнес сын.

– Ничего, все это мелочи. – И это действительно было так. – Теперь все будет хорошо, – заверила я Максима.

– Идемте в машину, – скомандовал стальным голосом Витя.

– Мы идем, – я кинула ему в ответ и, опустив лицо, взглянула на встревоженного Максима. –Это хороший человек, – сказала ему и погладила Надю по спинке, успокаивая девочку. – Он нам поможет уйти отсюда и вернуться домой.

Даже представить страшно, что пережили мои дети. А если бы не люди Булатова, то Максим и Надя остались бы в этой комнате одни, пока этот подлец ублажал себя...