Однажды ты пожалеешь

Может, она вообще отсюда убралась, после еще одной серии танцев мне уже плевать.

Я считаю себя победителем!

В зале отключили кондиционеры, из-за этого моментально стало жарко. Я отправляюсь в туалет, чтобы проверить, на кого похожа после двух часов в эпицентре событий, и, зайдя в уборную, вижу у зеркала Алину.

Меня бесит, что я мешкаю секунду, прежде чем войти, но об этом знаю только я. Также я знаю, что фанатка моего парня не тупица, поэтому я всегда предпочитала просто ее игнорировать.

Я встречаю ее взгляд в зеркале, когда подхожу.

Она следит за мной исподлобья, положив ладони на умывальник.

Впервые вот так открыто, прямо, вызывающе!

В отражении наши платья кричаще идентичные, только мое на два размера меньше. Не могу сказать, что это играет ей в ущерб. У нее пухлый рот и ямочка на подбородке. И еще я вижу, что у нее с языка готовы сорваться какие-то слова.

Открыв сумку, я нахожу помаду.

Она достаточно матовая, чтобы было понятно, — я не на стакане ее всю оставила, ее с моих губ стерли. Стерли поцелуем.

— Диана, да? — спрашивает Толмацкая.

Я перевожу на нее взгляд, замерев с поднесенной к лицу рукой.

— Да, — улыбаюсь я одними губами.

— Классное платье.

— Спасибо.

Вернуть ей комплимент я просто не в состоянии, даже если бы попыталась. И мне нравится, как в ее глазах скользит понимание, что ее поимели.

Я начинаю красить губы. Алина громко дышит рядом. Вдруг спрашивает:

— Где ты его купила?

— Не помню…

— А когда?

— Не помню, — пожимаю я плечами.

— Знаешь, а я не поленюсь узнать, — говорит Толмацкая.

Я убираю помаду в сумку.

— Лучше отпусти и забудь, — советую я. — Тебе сегодня уже ничего не поможет.

Развернувшись, собираюсь уйти, но она хватает меня за руку, останавливая.

— То есть? — требует она.

— Он уже забыл во что ты одета, — говорю я. — Поверь."

"Я вырываю руку и выхожу из туалета, чувствуя, как разгоняется мой пульс.

Это адреналин, волнение, удовлетворение. Меня слегка колотит. Изнутри, снаружи! Я не могу заставить себя двигаться медленнее, не так резко. Я не могу стереть волнение с лица, когда подхожу к Данияру. Он стоит на баре, болтает с кем-то.

Я избегаю его взгляда, кладу сумку на стойку. Суетливо.

— Налейте воды, — прошу у бармена.

Меня дергают за локоть, когда разворачиваюсь, лицо окатывает чем-то липким и сладким.

Яблочным соком.

Глава 14

Я охаю, поднося к лицу пальцы, но вовремя их отдергиваю.

Сок стекает по подбородку и капает на грудь. Ресницы моментально слипаются, но мне удается открыть глаза и посмотреть на Толмацкую. Она стоит в полуметре от меня, держа в руке пустой стакан.

— Ты больная?! — перехожу я на крик, который не контролирую.

Все произошедшее — неожиданность.