По остывшим следам

Боевики остались и без атамана, и без бомб! Вряд ли они быстро изготовят новые. Теперь можно не опасаться, что в окно с зелеными занавесками зашвырнут гремучую ртуть. И вообще, легче жить, когда знаешь, что на тебя не охотятся двое матерых убийц.

Алексей Николаевич отозвал Ловейко и сказал ему:

– Пожалуй, я погожу переезжать от вас.

Тот широко улыбнулся и ответил:

– То-то Анька обрадуется! У нее сегодня в планах жареный гусь.

Тучи над головой питерца на какое-то время разредились. Можно обойтись без Азвестопуло, решил он окончательно. Пусть-ка поработают жандармы. Сыщик пришел на Большую Красную и предложил полковнику Калинину:

– Надо запросить все почтовые конторы Казани, не получали ли они корреспонденцию до востребования на известные нам имена Вязальщикова.

Тот глянул в бумажку:

– Аксель Карлович фон Самсон-Гиммельстерн, Цеге Карлович фон Мантейфель и Мартин Карлович Свенх?

– Да. Константин Иванович, погодите-ка. А почему они все Карловичи?

– А черт его знает.

– Может, это настоящее отчество человека, которого мы называем Вязальщиковым? Ведь его подлинное имя нам до сих пор неизвестно.

– Может быть, – согласился жандарм. – Нам эта догадка ничего не дает.

– Что вы нашли на Свенха?"

"– Был такой. В адресной книге отмечено, что он приезжал в Казань два раза в июле и три раза в августе. После этого перестал.

– Где останавливался?

Жандарм опять посмотрел в бумажку:

– В «Волжско-Камских номерах», под окнами управления полиции.

– Тот же почерк. А как выглядел Мартин Карлович?

– Мы допросили коридорных. Высокий, с длинными светло-рыжими волосами, в очках-консервах.

– Кто-то заходил к нему? Поймите, Константин Иванович, он убил фельдфебеля лишь за то, что тот знал фамилию Свенх. Тут загадка. Коммивояжер как коммивояжер, но Струментов поплатился жизнью. Почему?

Калинин пожал плечами и сменил тему:

– Все двойники вашего фигуранта носят вычурные имена, обычно иностранные с приставкой «фон». Что, если просмотреть в адресном столе других подобных? Вдруг еще кого найдем? И свежего, который сейчас в городе.

– Молодцом, Константин Иванович, – одобрил идею коллежский советник. – Я сам должен был догадаться.

Полковник приободрился и сказал:

– И не только приезжих. Вот есть, например, такой… – Он снова заглянул в справку: – Люпперсольский. Преподает в Родионовском институте географию.

– Борис Андреевич? – усмехнулся сыщик. – Нет, этот настоящий. Он известный путешественник, действительный член Географического общества, постоянный корреспондент журналов.

– Но фамилия…

– Мало ли на свете заковыристых фамилий? Кроме того, он слишком молодой. Человек, которого мы ищем, участвовал в экспедиции Ашинова в тысяча восемьсот восемьдесят девятом году. С тех пор прошло семнадцать лет.