Под крылом дракона

Видимо, эта часть замка возвышалась то ли над лесом, то ли над каким-то полем, потому что море непременно отражало бы звезды, я же успела разглядеть лишь бездонную темноту, окаймленную серыми обрывками облаков.

— Какой трусливый лисенок, — пробормотал Джалу, и во тьме мне почудилось, что губы его растягиваются в зловещей улыбке.

Я фыркнула. Не то чтобы я так уж боялась высоты, но когда тебе предлагают свесить конечности над самой настоящей бездной, да еще и устами чешуйчатой рептилии — невольно вспоминаешь судьбу несчастной Евы.

Джалу вновь усмехнулся, похлопал ладонью по сложенному плащу.

— Не бойся, я поймаю.

Три раза «ха!». Насупившись, я попыталась отползти еще дальше. Спину и бедра словно пронизывали ледяные иглы, ног я уже почти не чувствовала.

— Я ведь встану и сам притащу!"

"Окончательно сломленная стальными нотками в голосе, я, оставаясь на корточках, допрыгала до Джалу, как большая лягушка, и, немного помедлив, примостилась на мягкий насест под боком дракона. По телу растеклось спасительное тепло — то ли потому, что плащ был какой-то зачарованный, с подогревом, то ли оттого, что от Джалу веяло самым настоящим жаром, как от хорошей электрической печки.

Рядом с драконом даже висеть над пропастью было почему-то совсем не страшно.

Я снова уставилась на небо. На Земле такого зрелища не увидишь и в самую звездную ночь…

Молчание затянулось. Мне казалось, что я слышу тяжелое, чуть надсадное дыхание дракона даже сквозь завывания ветра, и от этого было так спокойно, что последние капли страха словно бы соскальзывали с кончиков пальцев, растворяясь во тьме.

Я скосила глаза на дракона.

Вблизи казалось, что его бледная кожа светится изнутри. Зачарованная, я рассматривала хищный профиль, четко вырисовывающийся на фоне темного шелка неба, длинные ресницы, узкий рот с опущенными уголками, твердую линию подбородка…

Уголки губ дрогнули и потянулись наверх.

— Красиво, правда?

Я машинально кивнула. До сих пор я все никак не могла определиться с тем, какое впечатление производит Джалу. Иногда он мог выглядеть вполне привлекательным, но порой его внешность внушала страх.

Сейчас дракон был красив. Призрачной, едва уловимой красотой — как какое-нибудь неземное существо, озерный дух, пустынный мираж…

Сообразив, что вряд ли дракон спрашивает о своей внешности, я смутилась.

Шумно сглотнув, переспросила:

— Что?

— Небо, — тихо, не глядя на меня, сказал дракон. — В вашем мире такого нет, верно?

Я пробормотала что-то маловразумительное, все еще чувствуя неловкость. В последнее время я вообще странно реагировала на Джалу, и с каждым днем это беспокоило все больше…

— Кстати, а почему ты не спишь? Уже поздно.