Проклятый дом

Увидев Гурова и Крячко, он поднялся со стула, положил справочник на стол и бодро доложил:

— Ваше задание выполнено! Он полностью во всем сознался!

Опера переглянулись и едва не хором спросили:

— Кто сознался?

— В чем сознался?

Бубошкин горделиво поправил фуражку и с залихватскими нотками в голосе пояснил:

— Этот подозреваемый, родственник профессора, пропавшего без вести. Он сознался в убийстве!

— В убийстве кого? — На лице Станислава было написано такое разочарование и недоумение, что стажер как-то сразу закашлялся и уже без прежней бравады чуть занудливо произнес:

— Троюродный брат профессора сознался в том, что убил его.

"— Убил, закопал, на могиле написал: «У попа была собака, он ее любил», — с нескрываемым сарказмом продолжил Стас и выразительно взглянул на Гурова.

Мол, ну и дебила нам подбросили!

Но Лев Иванович почему-то был настроен совершенно иначе.

— Замечательно! — заявил он с наисерьезнейшим видом, вскинул большой палец и добавил: — Сейчас мы идем к генералу Орлову. Вы ему лично доложите о раскрытии убийства и полном завершении расследования.

— Вы считаете, что это должен сделать лично я? — Бубошкин отчего-то растерялся.

— Конечно! — с некоторым даже воодушевлением подхватил Станислав, который мгновенно понял Гурова. — У нас так принято. О результатах работы докладывает именно тот человек, который ее и выполнил. Чужие лавры мы не присваиваем.

Они втроем направились в кабинет Петра, который в этот момент с кем-то обсуждал по служебному телефону детали задержания участников воровского сходняка, проводимого криминальными главарями на борту прогулочного судна.

Увидев приятелей и стажера, он указал им на гостевые кресла, быстренько свернул разговор, положил трубку и поинтересовался:

— Ну и что, как успехи?

— Все замечательно, дело раскрыто! — с невозмутимым видом доложил начальнику Гуров.

— Как?! Уже?! — Орлов явно был очень удивлен тем, что сейчас услышал. — Вы нашли профессора Береженникова?

— Профессора пока не нашли, но вот наш помощник разоблачил его убийцу! — со значением в голосе объявил Стас.

Генерал буквально впился недоуменным взглядом в лицо Бубошкина, вопросительно мотнул головой.

— Ну-ка, ну-ка! Рассказывай! — нетерпеливо потребовал он.

— Как мне и было поручено товарищем полковником, я отправился по адресу проживания гражданина Игерова, пятьдесят девятого года рождения, старшего научного сотрудника института минеральных ресурсов. Его я застал дома. Он почему-то мне сразу показался подозрительным, увидев меня, отчего-то растерялся, стал путаться в показаниях. Я его спросил, когда он последний раз видел своего родственника живым. Подозреваемый назвал несколько дат, после чего стал уверять меня в том, что ничего не помнит.