Пылающие сердца

Тебе бы следовало сейчас гоняться за бабочками, или плести ненки из цветов, или искать птичьи гнезда. В твоем возрасте я всегда так играла. Ведь это намного интереснее, чем сидеть дома взаперти?

– Я никогда не выхожу из Уиндхерста.

– Разве это небезопасно?.

Девочка взглянула на свои руки, лежавшие на столе.

– Безопасно, но только я не люблю гулять одна.

– Но здесь же есть и другие дети?

– Они не станут играть со мной.

Кристен тронула нотка грусти, прозвучавшая в словах девчушки. Но Ида, подошедшая к ним, не замедлила объяснить ей причину.

– Другие дети боятся играть с сестрой милорда, да и тебе тоже не следует вступать с ней в разговоры, - прошипела она Кристен на ухо.

Кристен окинула женщину ледяным взглядом.

– Я буду разговаривать, с кем хочу, пока ваш хозяин не запретил мне этого.

– Неужели? - отозвалась Ида. - Тогда не удивляйся, если тебе запретят это прямо сейчас, потому что вид у него очень недовольный.

У Кристен не было времени поразмыслить над тем, что сказала Ида, потому что в этот момент ее грубо схватили за плечо и резко развернули, так что она оказалась лицом к лицу с разъяренным саксом."

"Ройс и не думал о своей сестре, он даже не заметил, что она находилась в зале.

Когда он вошел в дом, его глаза сразу же устремились в сторону кухни и остановились на светловолосой голове. Он не видел девушку со вчерашнего вечера, после того как она вышла из его спальни, потому что предпочел поужинать в комнате Олдена, не желая спускаться в зал из опасения столкнуться с ней.

Кристен стояла спиной к нему возле рабочего столика, и его глаза неторопливо скользили по всему ее телу, сверху вниз. И лишь когда его взгляд остановился на кандалах, которые были прекрасно видны из-за того, что ее рубаха была немыслимо коротка, он пришел в бешенство.

Даже на таком расстоянии он прекрасно видел, что ее матерчатые туфли были пропитаны кровью.

– Если ты рассчитываешь, что, растравляя раны на ногах, добьешься того, что с тебя снимут эти кандалы, то глубоко заблуждаешься! - взревел он, и лицо его исказилось от ярости.

Кристен расслабилась, когда поняла причину его недовольства.

– Я об этом вовсе и не думала.

– Тогда объясни мне, в чем дело! Тебе же сказали, чтобы ты забинтовала ноги, прежде чем надевать кандалы!

– Я забыла попросить тряпку, чтобы перевязать ноги, - соврала она.

- Меня подняли еще до рассвета и тут же приставили к работе. Должна признаться, я еще спала на ходу и не думала о такой мелкой детали, которая уже успела стать неотъемлемой частью моего туалета.

Его лицо несколько смягчилось, хотя он все еще хмурился. Она видела, что он не знает, верить ей или нет. Кристен нашла это настолько забавным, что расхохоталась, еще больше сбив его с толку.

– О милорд, похоже, вы решили, что я надеялась вызвать вашу жалость.