Правила счастливой свадьбы
Конец апреля 1894 года. В Москве разгар свадебного сезона. На Красную горку все девицы хотят успеть выйти замуж, чтобы быть счастливой. Три невесты умирают накануне свадеб без видимых причин. А еще загадочный Клуб веселых холостяков публикует скандальный манифест. Маменьки и полицмейстер Москвы в гневе. Алексею Пушкину поручено расследование. Чтобы узнать, что случилось, ему придется пойти на крайний шаг: жениться на богатой невесте. А что же Агата Керн? Возможно, этой истории не случилось бы, если бы она не подслушала странный разговор на станции Клин. Когда ехала в Петербург с богатым женихом.
И этому чудовищу ничто человеческое не чуждо…
– Мы завсегда, где возможно! – ответил Михаил Аркадьевич, сидя на стуле по стойке смирно. Если так позволительно выразиться.
– Блестящая идея! Простая и ловкая! Получил уже благодарности от благородных матерей и честных девиц. И вот тебе передаю… Заслужил…"
"Кажется, полковник был не пьян, чтобы нести подобную околесицу. Тем более никогда не пьянеет, говорят, может ведро водки осилить. Эфенбах искренне не понимал, за что его ласкают начальственной рукой.
– Благодарствую! – ответил он.
– Нет, ну как нашелся. – Власовский подтянул к себе газету, лежавшую на его гигантском столе, и развернул лицом к Эфенбаху: «Московский листок».
Михаил Аркадьевич проглотил ком в горле, готовясь к чему угодно. И ведь опять не было возможности просмотреть утренние газеты: столько времени убил, воспитывая чиновника из Петербурга…
– «Письмо невест женихам Москвы»! – торжественно начал полковник и бросил многозначительный взгляд. – «Женихи Москвы, иначе именуемые «Клуб веселых холостяков»! Мы, умные и воспитанные девицы, невесты, собрались, чтобы принести вам наш ответ.
Закончив, Власовский шмякнул газетой об стол.
– Ох, хорошо! Ох, крепко продернул! – Полковник сиял счастьем. – Будут знать, как шутки шутить!
– Так точно! – рявкнул Эфенбах.
Про себя же подумал: главное, чтобы обер-полицмейстер не сложил одно с другим. А именно: вчерашний доклад про девицу Бабанову, которая принесла письмо женихов в газету, и письмо нынешнее. Еще Михаил Аркадьевич сразу подумал, что автор письма служит под его началом. И еще больше зауважал. Никто другой, кроме Пушкина, до такого не мог додуматься.

















