Сваха для дракона

Он и сам находился на взводе.

Даже мечась в лихорадочном бреду, Лоркан сжимал мою руку. Сильно, до побелевших пальцев, с такой отчаянной необходимостью, что мне совесть не позволила разжать ладонь. Иногда он просыпался, устремлял невидящий взгляд в пустоту. Белая, с голубыми прожилками, пленка, застилающая глаза, никуда не делась, напротив, становилась все плотнее. Я отводила глаза, стараясь не подать виду, что страшно напугана.

– Что она сделала с ним? – Снорре бездумно бродил по камере, то приникая ухом к запертой двери, то проверяя на прочность прутья решетки, которой было забрано оконце.

Железо не поддавалось, но капитан не оставлял попыток найти путь к спасению. Я чувствовала в нем нарастающую панику, пусть внешне он и был совершенно спокоен, – Лоркан для него был невероятно важен. Человек, который принял Снорре как есть, со всеми ошибками прошлого и отвратительным характером. Человек, которому Снорре присягнул на верность, и эта присяга была весомее всех клятв и обетов. Умри Лоркан сейчас – мир Снорре обрушится, в очередной раз, и из руин уже не поднимется.

– Князь сказал, что больше не ощущает огня, – ответила я, рассматривая лицо Лоркана. Так близко я видела его впервые, и он по-прежнему был красив. Даже тени, залегшие под глазами, и заострившиеся черты не портили этой красоты.

Снорре приблизился ко мне в три шага, задыхаясь от священного ужаса. Голубые глаза распахнулись, пытаясь найти на моем лице признаки того, что я шучу, отвратительно и совсем несмешно.

– Как вы можете так спокойно об этом говорить?!"

"Казалось, он меня ударит. На виске пульсировала жилка, скрипели зубы.

Да уж, Ималь, надо думать, прежде чем говорить, – мысленно пнула себя, не отводя взгляда.

– Огонь для драконов не просто искры в крови, которые помогают им перевоплощаться! Это их жизненная сила!

– То есть, – я перевела взгляд на Лоркана, находя ответ в его дрожащих ресницах и побелевших губах, – лишившись огня…

– Дракон умирает, – припечатал Снорре, на мой взгляд, слишком громко. Но теперь я познала всю глубину отчаяния, которое охватило капитана от моего слишком легкомысленного ответа.

– Что же делать? – я всхлипнула, впервые за долгое время давая слабину.

В уголках глаз подозрительно защипало. Снорре медленно опустился на колени перед тюфяком, заглядывая Лоркану в лицо. Плевать он хотел, что белая ткань мундира вся в пятнах и разводах от грязи, тревога за Девятого Дракона затмила все остальные чувства.

– Я не знаю, Ималия. Я не знаю.

Чуть позже капитан сменил меня у постели Лоркана. В камеру никто не заглядывал, но я бы не удивилась, заметив на потолке любопытный глаз – человеческий, конечно же.