Телохранитель для дочери генерала драконов

Но это ничего, скоро моя армия будет готова, а с твоей помощью я усилю ее. Радужная драконица."

"— Ага, — я важно кивнула, ощутив, как вступает в шею, — за меня пустынники армию дадут.

— Ну, цену себе ты знаешь, уже хорошо.

Фер странно разглядывал меня. Щурился. Его бордовые щеки немного тряслись, когда он открывал рот, что-то произнося беззвучно.

Он явно разглядывал мою спину. Я же, с трудом подняв руку, расстегнула верхние пуговицы рубашки, потому как ворот врезался в горло натянувшись.

— И все же, фер, в чем перед тобой вина матери? — отвлекла я его.

Он моргнул и повел головой, будто не сразу поняв, о чем спрашиваю.

— Она была обещана не твоему отцу, не этой ящерице. У меня было две дочери, обе темные ведьмы. Большего моя истинная выродить не смогла. Она тоже была вашего племени. И... Неважно, ее нет, и пусть земляные черви обгладывают ее плоть.

— Нормально, — рыкнула я. — А как же узы истинности?

— С ведьмой? — он выкрикнул мне это в лицо, брызгая слюной. — Связь с такой, как ты, это проклятье. Мужчина, что попадает под ваши ведьминские чары, более не способен никого ни любить, ни хотеть! Даже истинную не почувствует, пройдет и не заметит. Она забрала у меня право встретить свою оборотницу. Всего лишила, а взамен я получил лишь дочерей! И все. Все!

— Оу, — улыбка не покидала моего лица. — Я так понимаю, ты позарился на выгодного зятя, но мама решила по-другому?

— Ее мужем должен был стать ханым Долон! Правитель! Он был ей представлен, она приглянулась ему. И не как наложница, а жена. У нас с ним был союз! Сил наших армий хватило бы, чтобы сломать фьефы снежных барсов, тигров и львов. Но эта тварь неблагодарная сбежала! - Его мясистая ладонь сжалась в кулак. — Предала, мразь! Пошла за драконом, стоило тому ее поманить. Мерзавка!

Я поджала губы, понимая всю степень его злости. Ведьма действительно могла бы стать супругой ханыма и подарить тому сыновей, а феру росомах — желанного наследника.

— Земли бы объединились, и правителем стал бы внук. Это усилило бы положение твоего рода. И росомахи стали бы вторыми после волков.

Старик опустил плечи.

— Ты умнее своей мамаши. Да... Кассандра, да. Ее тьма была такой сильной. Долона трясло от мысли, что он заполучит ее на свое ложе. Но... вместо этого пришлось ему в наложницы, в откуп как извинения, отдать младшую дочь. Та хоть и была темной, но куда слабее. Так, пакостить только и могла. Слышал, она так и умерла в ночь, когда Долона привезли мертвым. Не смогла разродиться сыном. Мой внук остался в ее утробе.

— Вот ее мне действительно жаль.

Я прикрыла глаза. Что же, правда оказалась не столь прекрасной, как хотелось бы.

— К тому моменту, как вернулась мама, Долон был уже мертв, — открыв глаза, я взглянула на того, кто являлся моим дедом. — Твое положение... Да ты стал никем.