Телохранитель для дочери генерала драконов

Сама себя не понимала в этот момент.

— Девочка, — присев передо мной на корточки, он провел костяшками пальцев по щеке. Я зажмурилась, ощутив всю нежность этого прикосновения. — Есть вещи, которые даже мне неподвластны. Я не могу заставить тебя не видеть. Не слышать. Но способен объяснить. Поверь, убив их, я спас тех нескольких, что прошли перед ними. Честные торговцы. Возможно, они бы отбились, а, может, и нет. Теперь это неважно, потому что нападения не будет. Этой падали место в канаве, Касси. И совесть меня не грызет.

— Они боялись тебя, — прошептала я.

— Да, и правильно делали. Простые оборотни бы просто отступили в лес. Бешеные, а уж тем более красноглазые, кинутся, потому что безумные. А безумие часто идет под руку с отвагой, даже в столь извращенной форме. А теперь поднимайся и пойдем смотреть на нашу телегу.

— Там наверняка воняет, — я бросила пристальный взгляд на бричку.

— Нет, испоганить все они не успели. Касси, не бойся. Мне неприятно чувствовать твой страх. И, поверь, если бы была возможность, я бы убил их так, чтобы ты ничего не заметила. Но...

— Но я слабая и не способна ехать верхом, и ты сделал то единственное, что мог, — мой голос звучал настолько жалко, что самой противно стало.

— Я сделал то, что должен был, Касси. И просто прими как факт — это не последние дохлые псы на нашем пути. Ну, улыбнись мне и поднимайся. Теперь мы с тобой счастливые обладатели телеги и двух лошадей. Богатеем!

— Ты и без того, похоже, жених завидный, — проворчала я, отлепляясь от ставшего родным ствола дерева.

— Я рад, что кажусь тебе таким, — он странно улыбнулся. Подхватив меня за талию, поднял и поставил на ноги как ребенка. — Главное, когда придет время, мнение не поменяй.

Глава 30

Я была почти счастлива. Удобно устроившись в бричке, вытянула ноги и откинула голову на бортик. Вытащила сухарь и, улыбаясь, потихоньку грызла его, глядя на небо. Солнце слепило глаза. Жмурясь, я не могла стереть с лица это чувство блаженного удовольствия.

Руни сидел на небольшой скамейке и умело правил впряженной черной лошадкой. Наша же, отбитая вместе со мной у банды, шагала рядом, привязанная к бортику телеги.

Дорога пустовала, может, кто на ней и был, но нам не показывался.

Откусив от сухаря, я уставилась на своего спасителя. Он хмурился. Что-то пробубнив себе под нос, стегнул лошадь.

— Руни, а почему, имея такую силищу, ты не состоишь на службе у правителя вашего? — Меня прямо грызло любопытство.

Хотелось побольше узнать о нем.

— Не родовит, — проворчал он.

— Да ладно, — я села ровнее, — говорят, этот ханым северного каганата и сам не высоких кровей.

— Много слышал о нем? — он бросил на меня странный взгляд. Жесткий.

— Нет, не много, — я в этот момент уже пожалела, что вообще начала разговор.