Телохранитель для дочери генерала драконов

— Отец иногда упоминал о нем, но ничего конкретного. Лучший друг императора Льюиса Темного. У них общий наставник был — дальний родственник...

Я вовремя закрыла рот, чуть не выдав себя. Испуганно посмотрев на Руни, пыталась сообразить, понял он или нет. Мне достался ну очень пристальный взгляд.

— Чей родственник, Касси?

Сглотнув, я поняла одну вещь — врать совершенно не умела.

— Неважно, — отвернувшись, уставилась перед собой.

— И что ты этого ханыма не видела ни разу? Даже мельком? — Руни откинулся назад и заглянул в мое лицо. Его темная бровь вопросительно приподнялась.

— Не имею привычки смотреть мужчинам в лицо, — проворчала недовольно. — особенно оборотням."

"— Почему? — отставать он не желал.

— Потому что, — испытывая раздражение и злость на себя, демонстративно отвернулась.

— Касси... Касси, отвечай!

— Потому что ненавижу перевертышей! — выпалила, не справившись с собой.

— И меня? — вопрос Руни словно отрезвил.

— Нет, ты... — Я не могла подобрать нужные слова. — Ты не похож на остальных, хотя не менее жесток. Но... Ты просто другой и все тут.

— Но на меня ты смотришь, Касси, так почему же не смотрела на ханыма?

— А с чего ты взял, что я видела его? — фыркнула недовольно.

Он тихо засмеялся и сел ровно.

Мы неспешно ехали дальше. Нас нагнал небольшой обоз. Сопровождающие его наемники, не стесняясь, прошлись по мне похотливыми взглядами. Особенно их заинтересовали мои голые ноги, которые совсем не скрывал подол порванного платья. Но стоило им обернуться на Руни, как выражение их лиц поменялось. Отвернувшись, они суетливо сбились в группу и старательно делали вид, что нами не интересуются. Телеги с грохотом пронеслись мимо. В воздухе появился приятный аромат пряностей. Ваниль, корица и имбирь.

Сладко вздохнув, я отправила в рот остатки сухаря.

— Касси, возьми плед и укройся, — процедил Руни. — Нужно найти тебе приличную одежду.

— Не отказалась бы, но это затраты, — пожала плечами. — Проще подчинить мое. Нитки и иголки все дешевле стоят. Но постираться бы где-нибудь.

— Новое платье! — прорычал он. — В рванье ходить ты не будешь.

Моргнув, я уставилась на него. Злющий. На лице желваки играют. Глаза красным полыхают. Жуть просто.

— Руни ты же не красноглазый? — выдавила из себя, чувствуя, как в животе кишки узлом стягиваются. Страшно вдруг стало до одури.

— Что? — он обернулся на меня.

Его глазища полыхнули натуральным пламенем и вдруг стали зелеными. Да такими яркими, что у меня затылок холодным потом пробило.

— Я ведун! — рявкнул он. — Магия ведуна!

Кивнув как болванчик, втянула голову в плечи.

Он зло цыкнул, фыркнул и отвернулся.

— Просто мне не нравится, как всякий сброд пялится на тебя, — услышала я тихое. — И я считаю недопустимым, чтобы...