Телохранитель для дочери генерала драконов

чтобы женщина, находящаяся рядом со мной, выглядела подобным образом.

— Ты меня стесняешься? — выдала я первое, что в голову пришло. — Да, вид жуткий. Вот я и говорю — нитки с иголкой и место, где я могу помыться и постирать.

— Нет, — рявкнул он.

Снова пожав плечами, уставилась перед собой. Но, опомнившись, потянулась за пледом и расправила его. Прежде чем укутаться, осмотрела подол некогда красивого дорожного платья. Ткань еще крепкая, порвана по швам. То есть подчинить вообще проблем не было.

Усмехнувшись, повернулась к сидящему ко мне спиной оборотню.

— Руни, — позвала его негромко, — спасибо.

— За что? — не понял он.

— За то, что считаешь меня достойной красивого платья. Мне всю жизнь выдавали их с таким видом, словно я семью разоряю. И вроде знаешь, по статусу положено было, и отец не беден, а чувство такое, что милостыню клянчу.

Он замер, его глаза снова вспыхнули красным пламенем.

— Ты же точно ведун? — страх вернулся мгновенно.

— Я не бешеный, Касси, и точно не красноглазый. Иначе ты бы уже давно с разорванным горлом лежала в канаве. А ты где?

— В бричке, — выдохнула, понимая, что он прав. — Сытая и согретая. И все же спасибо...

Он смолчал.

Снова откинувшись на бортик, прикрыла глаза. Тело нестерпимо чесалось от грязи. Особенно зудела голова. Но я терпела. Уговаривала себя, что вот где-то там непременно покажется широкая полоса реки. С ледяной водой... меня передернуло.

— Руни, а как вообще моются в дороге? — поинтересовалась почему-то шепотом.

— Как придется, — пробурчал он.

— Это не ответ, — насупившись, выставила перед собой руку. Грязь под ногтями вводила в жуткое уныние.

— В открытой воде — озера, реки, ручьи. Но не до того сейчас, — его голос стал мягче.

— А до чего? — Я внимательно следила за ним. Хмурый, брови сдвинуты к переносице.

— На дороге обоз с дорогим товаром, моя орина. И охраняется он магами. И ладно бы сильные были, а то ведь так — пшик.

— И на них нападут? — Я резко подскочила на четвереньки и подползла к лавке, на которой он сидел. — Руни?

— Не совсем, — он бросил на меня короткий взгляд. — Скорее всего, имитируют нападение. Этих любителей разглядывать чужих женщин в расход пустят. Товар спрячут, а после выдадут жалобу о потере дохода и компенсации.

— О! — Я была удивлена. — А нас это каким боком касается?

— А нам бы, девочка моя недогадливая, свидетелями не стать

— Убьют — мой голос дрогнул.

— Нет... Но нам придется что-то делать с четырьмя повозками пряностей! И не дешевых. Предложения есть? — Руни усмехнулся совсем недобро как-то.

Я призадумалась. Сначала решила, что он меня разыгрывает, потом смекнула — не того мой перевертыш характера. Уже поняла, что шутки шутить он не умеет. Хм...

— А ты так в себе уверен? — я всматривалась в его лицо.