Три женщины в городском пейзаже

Ну, во‐первых, они едут втроем, как настоящая семья! Во-вторых, они едут на море! Ну а в‐третьих, едут они на машине! И папа говорил, что они будут проезжать разные города и поселки, останавливаться, чтобы перекусить, искупаться, освежиться в речке или глянуть на что-то интересное. Только бы ничего не сорвалось, только бы родители не поссорились! Только бы не вернулась из деревни Зоя.

Все получилось. Ранним утром они выехали из города. Саша смотрела по сторонам – леса, пролески, городки, деревеньки.

Под болтовню и смех матери уснула. Ах, как было уютно спать на заднем сиденье отцовской «Волги»! Как сладко, как счастливо!

Проснулась от того, что машина затормозила.

Смущенно хихикая, мать побежала в лесок, отец вышел размяться и покурить. Жмурясь от яркого солнца, Саша дотронулась до отцовской руки. Он осторожно и нежно пожал ее руку.

Немного было в жизни таких моментов – абсолютного, безоговорочного счастья, такого, от которого можно задохнуться.

Потом они ели приготовленные матерью котлеты и бутерброды и пили чай из здоровенного китайского, в ярких пионах, отцовского термоса.

К морю добрались на следующий день. Саша дрожала от нетерпения – какое оно, это море? Такое же, как на картинке? Или еще лучше?

Море оказалось необыкновенным: серебристым, чуть дрожащим и – бесконечным. Держа отца за руку, Саша медленно вошла в воду. Зашла и зажмурилась. Ей казалось, что она встретилась с чем-то необыкновенным, совершенно волшебным, загадочным, таинственным, непостижимым. Она испугалась и задрожала – вот сейчас она откроет глаза и море исчезнет, – осторожно открыла глаза.

Море было на месте – манило, зазывало, очаровывало. Отец взял ее на руки, и они зашли в воду. Вода обожгла, опалила, заставила вздрогнуть и почему-то заплакать.

– Ты испугалась? – переполошился отец. – Сашенька, что ты? На берег? Хочешь на берег?

Саша мотала головой.

В первый же день с морем она подружилась и уже его не боялась. И еще полюбила его на всю жизнь. Прожить год без моря? Это было ужасно.

Жили они в маленьком домике в километре от берега. Крепенькая, словно грибок, мазанка стояла в самой сердцевине большого черешневого сада. Некрашеные, светлые деревянные полы, две кровати, застеленные белоснежным накрахмаленными бельем. Обеденный стол и три стула. И кухонный закуток – плитка с газовым баллоном, две блестящие, сверкающие кастрюльки и две сковородки."

"Хозяйка Олеся, по-домашнему Леся, рослая, широкобедрая, черноглазая и румяная, с толстенной косой, закрученной баранкой вокруг головы, похожая на красавицу из украинской сказки, смешно «шокала» и «гакала» и постоянно угощала квартирантов – то принесет таз черешни, которая вон, только высуни руку в окно.