Вечный капитан

Два солдата помогли мне спуститься бесшумно с парапета на проход на стене.

– Тюркская стража где? – шепотом спросил я.

– Уже убрали, – ответил мне солдат и вернулся к парапету.

Вскоре возле меня стоял Сафрак. Солдат становилось все больше, и мы с гепидом отошли вправо к башне, которую должны защищать согласно плану. Еще одна группа займет башню, которая слева от ворот, ведущих в гавань. Остальные спустятся вниз, к воротам, откроют их и будут защищать, пока не подойдет помощь. А она уже идет. В гавани разожгли небольшой костер, видимый только со стороны моря. Сейчас в нее зайдут дромоны и высалят еще две нумерии.

Наша башня была квадратная, возвышалась над стеной метра на два и выступала из нее к морю метра на четыре. Я с десятком лучников расположился на площадке на верху ее, а Сафрак с двумя десятками солдат перекрывал проход по стене через башню и лестницу, ведущую на ее нижние этажи. Там кто-то громко храпел. Сафрак один спустился вниз – и храп прекратился. Поднявшись ко мне, гепид доложил:

– Пятеро кочевников там спали. На всякий случай подпер дверь, которая ведет из башни в город.

– Правильно сделал, – похвалил его.

Не всё же ему меня хвалить на тренировках! – Светает, скоро начнется.

– Пора бы, – произнес Сафрак. – От ожидания устаю больше, чем в бою.

В гавани какой-то дромон не успел погасить скорость и врезался в пирс с громким треском. Потом раздался протяжный, скулящий звук, который издает дерево, под сильным давлением трущееся о камень.

Со стороны башни, которая правее нас от ворот, раздался голос, что-то спросивший на тюркском. Никто не ответил. Тюрок повторил вопрос. Из башни вышел второй с факелом. Он осветил первого, который с копьем в руке стоял у парапета и смотрел в сторону гавани.

Я всадил ему болт в бок. Тюрок дернулся, выронил копье и начал оседать на задницу. Во второго мои лучники влепили сразу четыре стрелы. Факел выпал его руки за стену. И тут в соседней башне кто-то истошно завопил на тюркском.

Десант сразу перестал соблюдать тишину.

– Открывай ворота! – послышался внизу приказ командира нумерии."

"Зазвенела цепь, которая наматывалась на барабан, открывая железную решетку, и заскрипели петли внутренних ворот. По словам перебежчиков, между решеткой и внешними воротами навалена земля, бревна и камни примерно на высоту метра два.

Солдатам придется расчистить все это, чтобы открыть их. Думаю, пока они управятся, солдаты с дромонов уже переберутся в город по лестницам.

В городе поднялся шум. Со всех сторон к нам быстро приближались горящие факела, слушался топот копыт и крики людей. Небо только начало сереть, пока было плохо видно, сколько человек мчится к нам. Я вспомнил, что англичане называют это время суток «час между волком и собакой». У тюрок на знаменах волчьи морды.