Вечный капитан

Я одним ударом отсекаю правую руку тому, что справа от меня, а затем ударом по щиту заставляю того, что слева, выглянуть из-за защиты, и колю его в шею позади нащечника, закрепленного на петлях, как у аттического шлема. Кровь брызжет из перерезанной сонной артерии. Этот уже не жилец. Я толкаю коня вперед, чтобы сразиться со следующим врагом…

Давление персов прекращается внезапно. Вот только что они перли на нас — и вдруг начали разворачивать коней и пытаться выскочить из толчеи. Отступавшие фессалийцы сразу осмелели и погнались за ними. Я тоже начал разворачивать коня, чтобы выбраться из давки и заняться раной.

Поймав вопросительный взгляд Битюса, крикнул ему, что ранен, и показал это жестами на тот случай, если он не расслышал, и махнул рукой, разрешив ему принимать решение самостоятельно. Мой заместитель попал уже под действия инстинктивного чувства «догони убегающего зайца» и радостно позвал соплеменников последовать за ним. Скифская ила, за исключением раненых, погналась за удирающими врагами. Самое забавное, что вслед за бессами проскакали мимо нас удирающие массагеты-саки с награбленным впопыхах в нашем лагере. Пеонийцы спешили несколько кочевников метко брошенными дротиками и забрали их коней и добычу себе.

39"

"В Вавилон я въехал на арбе, потому что нога все еще болела, верхом не поскачешь. Местные называют свой город Бабилим (Ворота бога). В те времена, когда я был шумерским лугалем, этот город был маленьким, недостойным внимания и носил то же название, только на шумерском языке — Кадингирра. Сейчас его защищают ров шириной метров двенадцать и внешняя стена высотой двадцать два метра и шириной около десяти и еще две внутренние стены пониже и поуже.

Надвратные башни, храмы и стены богатых домов в лучших шумерских традициях украшены синими изразцами и барельефами львов, быков и сиррушей — существ с рогатой змеиной головой, змеиным телом, передними львиными ногами и задними орлиными — явных жертв трансплантологии. Улицы, широкие, пересекающиеся под прямым углом, вымощены плитами, под которыми проложены канализационные каналы. Воды Евфрата, который делит город на две неравные части, Западную и более престижную Восточную, заходят в канализационные каналы в северной части города и выносят нечистоты и мусор ниже южной. Проезжая через главные ворота Иштар по дороге, ведущей к царскому комплексу, я подумал, что нам с одной стороны сильно повезло, что не надо штурмовать Вавилон, а с другой — наоборот, потому что добычу здесь можно было взять огромную.

Мазей, сатрап Вавилона, участвовавший в последнем сражении, вышел навстречу нашей армии вместе с сыновьями и сдал провинцию и город царю Александру, за что был помилован и оставлен на своем посту.