Вечный капитан

Наблюдать за происходящим на правом фланге мне стало некогда, потому что к нам прорвалась вражеская конница. Это были не кочевники, а персидская знать, закованная в дорогую броню, железную или бронзовую. Кони у них тоже защищены кожано-металлическими доспехами. Почти у всех всадников есть луки, но сейчас орудуют короткими копьями и саблями. Они добивают отделившихся от строя фессалийцев и наваливаются на мою илу, повернувшуюся к ним. На меня несется всадник на вороном коне, который держит копье над плечом. У копья длинный, сантиметров двадцать, листовидный наконечник, надраенный так, что отражает солнечные лучи.

Этот наконечник я вижу отчетливо, а вот самого всадника и его коня — размыто, общё. Наверное, потому, что наконечник является для меня сосредоточением опасности. Перс целится мне в незащищенную шлемом, нижнюю часть лица. Я успевая поднять и сместить немного вправо щит и слышу и чувствую рукой силу удара железа о железо. Наконечник соскальзывает, уходит вправо, за пределы щита и прикрытой им головы. Я бью саблей по гибкому кизиловому древку. Замах короткий да и древко упругое, поэтому удар получается недостаточно сильным и резким, чтобы перерубить его, но сбивает вниз, дает мне пару секунд на то, чтобы нанести второй по руке, которая держит копье. Этот удар мощнее и приходится по твердой поверхности — железному наручу. Лезвие сабли рассекает металл и пусть и неглубоко — руку под ним. Я увожу саблю вверх как бы собираясь замахнуться — и колю острием в черную бороду в районе правой щеки. Растительность на лице перса курчавая, как у пуделя. Может быть, завита искусственно. Персы — они такие манерные, холеные. Какими бы волосы на лице ни были, брызнувшую из раны кровь они впитывали запросто. Об этом персе, как об опасном противнике, можно было бы забыть, вряд ли продолжит бой, но я не удержался и кольнул саблей во второй раз, чуть выше. Целил в правый глаз. Перс в последний момент отклонился, и я попал ему правее широкой ноздри мясистого носа. На этот раз острие влезло глубже, и я даже успел заметить, как начали тускнеть выпуклые глаза, похожие на две бусины для четок, изготовленные из черного агата. "

"В этот момент я и почувствовал удар в левое бедро. Острая боль метнулась от бедра к животу и свела его судорогой. Мне даже показалось, что ударили меня еще раз и попали в район солнечного сплетения. К счастью, удар был один. Нанес его копьем молодой перс с длинными и лихо закрученными усами и короткой бородкой. Попал в незакрытое щитом место. Второй раз ударить не успел, потому что Битюс врезал ему своей длинной ромфеей по плечу. Доспех не разрубил, но от боли перс выронил копье.