Вечный капитан

С третьей стороны находилась глухая стена соседнего дома. Возле нее находились очаг и колодец. Последний был не во всех дворах."

"По периметру деревенской площади находились дома побогаче, что выражалось в большем размере жилого дома и количестве хозяйственных помещений. Присутствовала и мечеть, но без минаретов. Обычный дом, только из одной большой комнаты и маленькой каморки при ней. В каморке была деревянная низкая кушетка, рядом с которой стояли кожаные тапки с узкими носками, немного загнутыми вверх, и без задников. Мулла жил в соседней доме. Он был самым богатым жителем деревни.

Пообщаться я с ним не успел, потому что кто-то из ретивых христиан снес мулле голову, испачкав кровью новый темно-зеленый халат.

Добычу сносили на деревенскую площадь, где грузили на конфискованные арбы, запряженные волами, или на возки, запряженные лошадьми или лошаками, мулами, ослами. Лошак – это когда папа осел, а мама лошадь, а у мула наоборот. Но и те и другие потомства не имеют, хотя самцы очень любят похвастаться своим достоинством. Если встретятся, обязательно остановятся и померяются.

Пока не сделают это, никакой кнут их с места не сдвинет. Освобожденные из рабства христиане помогали солдатам. Они же и за скотом приглядывали, который собрали со всей деревни: лошадей, коров, овец, коз. Захватили и одного верблюда, но лошади испуганно шарахались от него, поэтому одногорбое животное пустили на мясо. Я никогда раньше не ел верблюжатины, решив попробовать. Варили в котлах прямо на деревенской площади. Одновременно на вертелах жарили кур и гусей.

Ко мне подъехал Блашку в сопровождении двух воинов. Остальные альмогавары продолжали следить, чтобы никто из деревенских не убежал за помощью.

– Пора уходить, – сказал он.

– Думаешь, кто-то ускользнул, вызовет подмогу? – спросил я.

– Кто его знает?! Мои люди задержали всех, кто выбежал из деревни, но кто-то мог проскочить, – ответил альмогавар. – Они лучше нас знают тропинки.

– Зови своих людей, – разрешил я. – Сейчас закончим грузиться, пообедаем и отправимся в Коимбру.

Сам поехал к дому кузнеца. Его семье и семье гончара приказал собирать вещи. Поедут со мной. Мне нужны будут в замке и тот, и другой.

Оставил по лучнику-валлийцу охранять их. Возле дома кузнеца намечалась заваруха. Двое брабантцев собирались попользоваться дочерью кузнеца – девочкой, судя по лицу, довольно красивому, лет двенадцати, а по сформировавшейся фигуре – не менее шестнадцати, с дюжиной тонких косичек, одетой в широкую серовато-белую рубаху до колен и полосатые, красно-желтые шаровары длиной почти до босых маленьких ступней. Увещевания валлийца на них не действовали, потому что не понимали, что он говорит.