Восемь жизней

Старшие сегодня торопились, разговаривали громко, подшучивали. Кажется, его не собирались пока выносить на улицу, потому что не заставили одеться. Он так и остался в ночном балахоне. Куда девались джинсы и рубашка — неясно. Обычно по утрам они лежали на стуле рядом с кроватью. Но чем закончилось вчера, Петя не помнил. Кто-то раздел его и уложил, а одежду забрал. Возможно, в стирку? Или спрятал в какой-нибудь шкаф? Если бы он мог спросить! Но говорить не хотелось, не получалось. Скоро взрослые уйдут. Тогда он встанет и поищет. Не показываться же к Еноту в белой хламиде с цветочками по подолу?

Светлана Волошко приехала даже раньше, чем обещала. Она позвонила Кириллу и велела выйти встретить ее. Бывший муж был уверен, что экс-супруга прибыла без охраны, потому что люди Ивана обязательно донесут хозяину, а случайным громилам она доверять не станет — слишком щекотливая тема.

— Как ты добралась? — поинтересовался Кирилл, видя ее раскрасневшиеся щеки. — Ни машины не видно, ни вертолета.

— Не твое дело, Зернов. На ковре-самолете!

На самом деле хозяйка проекта отпустила частника-бомбиста у поворота вверх и взяла его номер телефона. Парень обещал прибыть на то же место по первому требованию, но ни в коем случае не маячить на дороге. Заказчица просила приехать через полчаса после ее звонка — этого было достаточно, чтобы ждать в ближайшей придорожной шашлычной.

— Итак, показываем! Спасибо, ни чаю, ни кофе, ни спиртного. Ничего не нужно. Кто экскурсовод?

— Я, — Марина опередила Кирилла, но тот не пытался воспротивиться.

— Вот свежий вчерашний экземпляр. Чупакабра юная, горная.

— Почему юная? — удивилась Светлана?

— Потому что маленькая, и сам пес молодой, не старше года, по зубам видно. Я постригла его особым образом — элитный груминг. И, заметьте, повязки почти чистые, нос теплый, но не горячий. Глаза ясные, без гноя. Отлично восстанавливается, через неделю швы снимем, повязки уберем — и в лес.

— Хорошо, — констатировала Светлана. — Аккуратно. И со стрижкой хорошо придумала. Хвалю. Дальше.

— Дальше, Света, своеобразный экспонат. Девочка Надя, которую ты видела раньше, с дорогой, то есть с перелетом, не справилась. Умерла…

Почему-то Светлана не поверила. Она отлично помнила, как самоуверенно вела себя Марина во время ее зеленоградской инспекции. И как предлагала утилизировать тела в плазменной печи. Неужели хладнокровная ассистентка нашла в Сочи что-то подобное? И все-таки избавилась от «первой пробы»?

— Вот, — Кирилл поставил на предметный столик здоровенную банку с желтоватым содержимым. — Сохранил для отчетности.

На сей раз нервы госпожи Волошко выдержали. Надина голова, блеклая, лысая, с мутными глазами, плавала в растворе формальдегида.

— А где туловище? — выдавила хозяйка.