Замок из песка

На репетициях она постоянно бросала язвительные реплики, замечая малейший мой промах, и не упускала случая иронично протянуть:

— Ну-у, для Сусловой это, конечно, просто отлично, а вот для Серебровской, простите, — лажа!

Правда, в последнее время Лобов стал довольно резко ее одергивать, да и я, стараниями Иветты Андреевны, давала все меньше и меньше поводов для критических уколов. Но Ирка все равно не унималась и перемирие подписывать не спешила. Поэтому я изрядно удивилась, увидев ее как-то вечером на пороге нашей квартиры.

— Привет, — улыбнулась Лапина, переступая через порог, — я вот тут рядом гуляла, решила к вам зайти. Не прогонишь?

— Нет. Проходи, пожалуйста…

Но в приглашении она, похоже, не особенно и нуждалась. Обогнув меня, повесила на плечики свою рыжую замшевую куртку, расшнуровала высокие сапоги. Сделав губы буквой «о», подправила перед зеркалом помаду на губах.

— Настя, кто там? — крикнул из кухни Алексей.

— Я, Лешенька, я! — хохотнула Ирка, не дав мне раскрыть рта.

На кухне послышалась возня, легкий звон, шуршание бумаги. Похоже, «великий конспиратор» Иволгин прятал от посторонних глаз свои лекарства. Но, видимо, с логикой и сообразительностью у него в последнее время было туго. Потому что, когда мы с Лапиной появились из коридора, лекарств на холодильнике действительно уже не было, зато свернутая постель по-прежнему лежала под столом.

Ирка скользнула по матрасу ироничным взглядом и уселась на табурет, закинув ногу на ногу.

— Ну что, братцы-кролики, чаем меня поить будете?

Я молча включила воду и начала наполнять чайник.

— Ты зачем пришла-то? — Алексей посмотрел на Лапину без особой приязни. — Что-нибудь нужно?

— Посмотреть на тебя, солнышко, нужно! Пообщаться с тобой и нашей звездочкой. А что, нельзя?

— Ну-ну, общайся…

— Можно, да? — Ирка развернулась и демонстративно поставила обе ноги на матрас. — Смешные вы, ребята, все-таки. Смешнее, чем я думала… Особенно ты, Лешик. Ну и она, конечно, тоже хороша…

Обо мне Лапина говорила исключительно в третьем лице.

— …Вот смотрю я на вас и думаю: неужели нельзя было правдоподобия ради такой малостью пожертвовать? Даже постельки отдельные себе соорудили! Нет чтобы, как нормальные люди, спать вместе, тогда бы, глядишь, и на любовничков больше смахивать стали…

— Ир, можно без длинных скучных прелюдий? — Я развернулась от мойки с чайником в руках. — Я понимаю, тебе это кажется остроумным, но время уже позднее, нам скоро спать…

— Тебе — в комнате, ему — на кухне? — снова поинтересовалась она. — Хотя как хотите: можно и без прелюдий… Я вот очень долго смотрела на вас и размышляла: ради кого вся эта возня? Сначала думала, ради нашей Настеньки, чтобы ей и денежек подзаработать, и какое-никакое имя сделать.