Замок из песка

Гулкая тишина класса, строгое мерцание зеркал и его сильные руки, обхватывающие мою талию. Он, наверное, придет раньше, так же, как я. И на несколько минут мы останемся в классе только вдвоем…

— Переодевайся, — скомандовала Третьякова, когда назавтра я заглянула в класс с вспотевшими от волнения ладонями. Она сидела на стуле у рояля и просматривала свежий номер «Верены». — Переодевайся, переодевайся! Алексей Александрович подойдет попозже: он сегодня в детском спектакле танцует.

Детским спектаклем интеллигентно и завуалированно она назвала хореографическую сказку «Три поросенка», в которой Иволгин танцевал Нуф-Нуфа.

Когда-то, пару лет назад, мы с Никитиной, прочитав в афишке его фамилию, специально явились в театр к десяти часам утра. И сидели, две взрослые дуры, в предпоследнем ряду партера, глядя, как по сцене носятся с визгом и хрюканьем толстые поросята с розовыми пятачками и развесистыми ушами…

Мне почему-то на миг представилось, что Алексей придет на репетицию прямо в костюме: клетчатом комбинезоне с накладным брюшком и смешной маске с отверстиями для глаз. Но тут же в памяти всплыло строгое «Алексей Александрович».

И я заставила себя подумать о том, что танцевать буду прежде всего с мэтром, а не с мужчиной, о котором мечтаю вот уже больше трех лет.

Когда дверь класса наконец начала со скрипом открываться, мои нервы уже были на пределе. Вздрогнув всем телом, я сдавленно охнула и вцепилась в палку.

— Да что с вами, Настя! — встревожилась Третьякова. И как-то мимолетно бросила: — Алеша, проходите, пожалуйста. Мы вас уже ждем…

Он стоял у двери, скрестив руки на груди, и смотрел на меня с веселым изумлением.

— Девушка, а я вас помню. Да и вы меня, наверное, тоже… Помните, у вас шнурки в коридоре развязались?.. Я тогда почему-то подумал, что вы в костюмерный или парикмахерский цех устраиваетесь.

— Костюмерный, парикмахерский! — Надежда Ивановна с деланной суровостью покачала головой. — Скажете, Алеша, тоже! Эта девочка у нас очень хорошая и очень перспективная. Боязливая чуть-чуть. Но вы ведь ей поможете, правда?

— Естественно! — Он снял широкий серый пуловер, перебросил его через палку и, подтянув рукава тренировочной майки, подошел ко мне.

 — Давайте знакомиться. Меня зовут Алексей…

— Алексей Александрович, — негромко, но строго поправила Третьякова.

— А вас как?

— Настя, — прошелестела я еле слышно.

— Хорошее имя. Нежное… Кстати, о Настях! Надежда Ивановна, ничего, если Серебровская через полчасика зайдет? Все-таки я с ней привык уже работать. Может, подскажет что?"

"Третьякова не возражала. А я забыла думать о Серебровской уже через минуту. Он действительно был очень хорошим партнером — умелым, опытным.