Баран и жемчуг

И почему я так разозлилась? Подумаешь! Приехал Баран, уедет Баран, а мои барашки и овечки будут пастись, отращивать руно на продажу, и жизнь будет замечательной… А если бы ещё начали расти фиалки… Всё время я высматривала их в траве и поэтому когда подняла голову, то остановилась как вкопанная, увидев на лугу конский табун.

Десять кобыл с жеребятами преспокойно паслись на моём лугу, и я была так потрясена этим открытием, что не сразу заметила двух пастухов, которые валялись на травке, охраняя скот.

Заметила я их, только когда один громко свистнул и махнул рукой, показывая, чтобы второй бежал с другой стороны – перехватить меня.

Не узнать этих чудесных пастушков было невозможно – Рубертуны. Клод и Ленард. Я не стала дожидаться, пока они подойдут поздороваться, и помчалась к роще, потому что самый короткий путь до реки был именно через неё.

Платье я уронила почти сразу, но было не до платья. Если я успею добежать до деревьев, у меня будет шанс удрать. Если нет – бегают Рубертуны гораздо быстрее меня.

Я не оглядывалась, чтобы не споткнуться, но совсем не удивилась, когда Ленард выскочил слева, мне наперерез. Рванув в другую сторону, я успела пробежать всего десять шагов, когда меня догнал Клод.

Поймали, как овечку…

Сразу прекратив бесполезные метания, я остановилась, пытаясь отдышаться и стараясь держаться лицом к обоим Рубертунам.

Братья тоже запыхались, но физиономии были довольные – даже слишком.

– Кто это к нам пожаловал, – сказал Клод, нарочно растягивая слова. – Леди Гутун, не иначе! Хорошо выглядите, – он хохотнул, окинув меня взглядом снизу доверху.

– И тебе не хворать, Клод, – сказала я, стараясь говорить негромко и спокойно. – Напомню, что это – моя земля. И я не давала вам разрешения пасти здесь ваших лошадок. По-моему, вам лучше уйти. И мне пора уходить…

Стиль Сегюров подействовал, и Клод заморгал, открыв рот и позабыв, что хотел говорить. Но зато заговорил Ленард, на которого мои чары пока не повлияли.

– Да ладно вам, леди, – сказал он нагло и шмыгнул носом, уставившись на мои голые колени. – Мы в прошлый раз не договорили, а вы сейчас и палку с собой не взяли.

Он сделал шаг ко мне, и мне пришлось оставить Клода.

– Не делай глупостей, Ленард, – теперь я смотрела на младшего брата, удерживая его взглядом на расстоянии. – Тут везде – мои люди. Стоит мне крикнуть, и вас поймают. А уж в какой ярости будет мой опекун… Разойдёмся по-хорошему, и я никому ничего не скажу…

Теперь замер Ленард, и по его лицу можно было догадаться, с каким трудом движутся в его голове мысли.

– Никому не скажу, – повторила я, делая отвлекающее движение рукой – накручивая локон на палец. – Уходите, мальчики… А то лошадки разбредутся…

Но стиль Сегюров плох тем, что применить его можно только с глазу на глаз.