И один в тайге воин

И пусть те, кто на вышке, на дорогу чаще поглядывают, – подумав, попросил Мишка. – Глядишь, чего и высмотрим.

– Значит, думаешь, самый главный на той стороне сидит? – огладив бороду, уточнил атаман.

– Скорее всего. Ну сами подумайте. Взяли нужного человека тут, и куда его девать? Одно дело, ежели приказано сразу в расход. Тут и огород городить не надо. Одного стрелка с доброй винтовкой хватит. А вот ежели тот человек живым нужен, то дорожка у разбойников только одна. За кордон. Потому как на этой стороне их всё одно достанут рано или поздно. А так – ушли к хунхузам, и ищи ветра в поле.

– Стройно всё, – подумав, кивнул атаман. – А может, попробуем того заказчика сами найти?

– Это как? – растерялся Мишка."

"– А я знакомых своих попрошу, – хитро усмехнулся казак.

– И что в ответ? – заинтересовался парень.

– Они обычно пушниной промышляют, но ежели найдётся чего поинтереснее, то и ещё веселее будет, – прозрачно намекнул атаман.

– Золотишко? – понимающе усмехнулся Мишка.

– Оно, родимое, – с усмешкой кивнул казак.

– И сколько попросят?

– Так тут чем больше, тем лучше, – развёл атаман руками. – Сам знаешь, такие дела дёшевы не бывают.

– Оно понятно, но разговор надо с чего-то начинать.

– Ну, кисета для затравки хватит. А там как сговоримся.

– Кисет – это примерно грамм триста, – быстро прикинул парень. – Это аванс. А за работу с благоприятным исходом раза в четыре больше потребуют. Ну, килограмма два я под это дело выделить из последней добычи могу. Но есть ли смысл? Ладно. Дам кисет, а дальше план война покажет. Добро, Сергий Поликарпович, – решившись, кивнул Мишка. – Кисет для разговора дам, но полный расчёт только после дела. Когда того заказчика возьмём.

А чтобы они не вздумали носами крутить, я на тот разговор не пойду. Золото вам передам, и, ежели что, сами и рассчитаетесь.

– Один ты никуда не пойдёшь, – неожиданно отрезал атаман. – Пластуны наши с тобой пойдут.

– Так уходит же сотня, – растерянно напомнил парень.

– А мне известия и не завтра придут, – отмахнулся казак. – И не спорь даже, Миша. В станице моё слово – закон.

– Да я не спорю, только с чего добрые люди станут за мои грехи головами рисковать? – сделал Мишка финт ушами.

– А с того, что твои ухватки таёжные да оружие им уже не раз жизни спасли.

Да и пластуны сами мне не простят, ежели узнают, что я оружейника на опасное дело одного отпустил. Не простят мне такого. Так что, Миша, добром прошу. Не доводи до греха. Иначе велю на крыльце караул поставить, чтоб из дому не вышел.

– О как! А может, сразу в колодки и в холодную? – не удержавшись, поддел его парень.

– Миша, – укоризненно скривился атаман.

– Господь с вами, Сергий Поликарпович, – вздохнул Мишка, сдаваясь. – Рано ещё с этим рядиться. Сначала хоть что-то узнать надо.