Я Гордый Часть 3

— И если на этом все, то позвольте мне откланяться. А можете не позволять — мне все равно. Что же касается войны, то не советую впредь об этом говорить, а то я могу это расценить как вызов. Нашей стране пригодились бы ваши острова.

Развернувшись, я быстро скрылся за спинами гусар, которые уже закончили погрузку и ждали только нас.

И вот спустя десять минут дирижабли оторвались от земли и взяли курс домой. Мэр осталась на земле, провожая нас ненавидящим взглядом и пожеланиями сдохнуть в пути. В ответ я приветливо помахал ей рукой из иллюминатора и даже послал воздушный поцелуй, который она не оценила. Ну и ладно, у меня Оленька есть, а ещё полный дирижабль красоток.

Так, отставить красоток, мне и прошлого путешествия хватило! Еще не хватало опять начать от них прятаться.

— Фух, — стер я пот со лба, когда увидел стремительно отдаляющуюся землю. Оказывается, я все-таки нервничал. А судя по невозмутимости остальных, им было вообще пофиг. Команда ходила расслабленная, слышались спокойные разговоры и нервозности я ни у кого не заметил.

— Так что там за предмет был? —нарисовалась Ольга. Легкий отдых пошел ей явно на пользу, как и загар. Особенно когда она раздевалась: меня очень заводили беленькие части на общем темном фоне её стройного тела.

— Черт, я совсем про него забыл! -спохватился я. — Зови Первую, будем смотреть и надеяться, что он не рванет. Но мы же осторожно.

Собрались мы в большом совещательном зале, который, как оказалось, был в каждом подобном дирижабле. Стоит, наверное, вообще рассказать о них подробней, типа точной длины и ширины, и вообще об их немеряной крутизне, но не буду, потому как это скучно. Достаточно того, что он был очень большой и очень опасный. На этом ТТХ заканчиваются.

Дамочки сидели, напряжённо сверля глазами сверток, туго замотанный в ткань какого-то грязно—серого цвета. Не знаю, почему, но от него веяло какой-то угрозой и дурными предчувствиями. Остальные ничего такого не чувствовали.

Шнурок, что удерживал ткань, был расписан рунами, которые в моем зрении светились красным. Наконец я все же решился и поднял руку, чтобы развязать его, как в голове грянул голос, едва не выжегший мне мозги:

— НЕ ТРОГАЙ!!!

Отдернув испуганно руку, я посмотрел на лежащий предмет, как на ядовитую змею.

— Не буду — покладисто согласился я. — А это что?

— Не трогай и жди, — прозвучало уже тише голосом Лихобора, а затем наступила тишина.

— Ну что там, будешь развязывать? —нетерпеливо спросила Ольга.

— Не буду, — уже вслух повторил я. Опять эти тайны!!! — Не нравится мне он. А вдруг рванет — и мы в воздухе? Вот прилетим на место, там и решим. А сейчас тащите сюда посредника. Пусть начинает петь, иначе испытает радость свободного полета с грузом на ногах.