Истребители: Я – истребитель. Мы – истребители. Путь истребителя

Генералы и маршалы, стоявшие у большой карты Советского Союза, тоже никак не показали своего интереса, продолжив, как только секретарь вышел, обсуждение последнего прорыва немцев под Киевом. Сейчас прорыв был локализован, и фронт практически стабилизировался, но последние пять дней были довольно тяжелы для Генштаба, ощутившего гнев Верховного.

– Что вы скажете, товарищ Жуков?

– Выдохлись немцы, товарищ Сталин, не те уже, что были в июне-июле. Да и мы учимся воевать. Бьем немцев.

– Так почему мы еще отступаем? Пятимся? Почему, товарищ Жуков?

– Опыта маловато, чтобы гнать их назад, товарищ Сталин.

– А когда мы этот опыт наработаем? Когда мы перестанем пятиться и ударим?

– Скоро, товарищ Сталин, – вытянулся генерал Жуков.

– А вот товарищ Суворов, дважды Герой Светского Союза, летчик-ас, считает, что мы такой опыт наберем только через два года. Как вы считаете?

Генералы и маршалы молчали, они были согласны со словами Суворова. Войска еще не готовы к наступлению. Мало того – к обороне они тоже были не готовы. Некоторые удивленно переглянулись, недоумевая, с какого боку тут известный летчик, что хотел этим сказать Сталин?

После окончания совещания, когда командиры удалились, в кабинет прошел майор Архипов.

– Есть новости, товарищ Архипов?

– Да, товарищ Сталин. Лавочкин уже закончил с проектированием нового истребителя. Завтра они начинают сборку в цехе КБ.

– Что вы думаете о новой машине?

– Пока не знаю, товарищ Сталин. Что-то конкретно можно сказать только после испытаний.

– Как только они пройдут, доклад об испытаниях ко мне немедленно.

– Будет сделано, товарищ Сталин.

– Хорошо. Вернемся к подразделению товарища Водопьянова.

– К ним прикрепили пилотов Аэрофлота для обучения ориентированию, сейчас проводится усиленная тренировка личного состава…

Через полчаса, когда майор направился к выходу из кабинета, его догнал вопрос Сталина:

– Что там с товарищем Суворовым?

– Он продолжает находиться без сознания, товарищ Сталин, хотя главврач сообщила, что кризис миновал. Они обнаружили очаг заражения и вычистили рану.

– Сообщите мне, когда товарищ Суворов придет в себя, – велел Верховный.

Через час Архипов был в больнице.

– Что у вас? – спросил он у сержанта Путилина, который встречал его у входа.

– Рецидив. Снова: «Прикрой, атакую!» – ответил особист, бросая бычок в урну.

– Значит, сегодня снова бредил?

– Да. Как только поднялась температура, его изолировали, вокруг снова врачи закружили.

– Что Власова говорит?

– Шансы выжить минимальны, он и так за эти три дня много сил истратил, борясь с болезнью. В общем, сердце может не выдержать.

– Понятно… О, как раз Елена Степановна идет! Сейчас узнаем, что там.