Истребители: Я – истребитель. Мы – истребители. Путь истребителя

Проезжая мимо нас, фельдфебель повелительно махнул рукой, приказывая двигаться следом.

Осторожно я стронулся с места, наши за мной.

Вибровызов при такой дороге фактически не ощутим, поэтому, заметив, что немцы не оборачиваются, я достал рацию и вызвал командира.

– Что за х*ня?

– Представляешь, они нас прихватили для усиления. Тут где-то недалеко гонят нашу разведгруппу, вот мы и едем помогать немцам ловить их. Судя по поведению фельдфебеля, таким количеством он струсил лезть, но с нами и нашей броней решился.

– Смешно, как бы не стало грустно, – ответил я.

– Смотри в оба, – велел Командир.

– Понял.

Убрав рацию обратно в чехол от противогаза, я сосредоточился на дороге.

Через полчаса мы поднялись на большой холм. Вокруг, насколько хватало глаз, простирались пшеничные поля, только впереди виднелась большая дубрава. Вдруг с переднего мотоцикла ударил пулемет.

Остановив свой, я взял протянутый Казанцевым бинокль и всмотрелся в недалекие точки, которые пробирались по полю к дубраве. При приближении я опознал в них наших разведчиков. Форма, оружие и сидоры выдавали их с головой. Замыкающий вдруг обернулся и посмотрел на нас.

Оторвавшись от бинокля, я изумленно воскликнул:

– Рябов?!

– Что? – не расслышал Казанцев. Он держал на прицеле остановившихся впереди жандармов и старался не отвлекаться.

– Огонь по немцам! – скомандовал я.

Почти сразу затарахтел МГ лейтенанта, его поддержал пулемет с остановившегося сзади бронетранспортера.

Честно говоря, я раньше думал, что машины эффект-но взрываются только в голливудских и, что уж там говорить, болливудских фильмах. Но один из мотоциклов, тот, на котором ехал фельдфебель, вдруг выпустил в воздух цветок огня и маленький «ядерный» грибок взрыва.

Видимо, в ленте были зажигательные патроны, и один из них случайно попал в полупустой бак, что и вызвало эту вспышку. Охватило огнем не только сам мотоцикл, но и уцелевших немцев на нем. Раздались крики заживо сгорающих людей, которые почти сразу смолкали под прицельными очередями пулеметов.

Выпустив по пол-ленты, пулеметы стихли, стрелять больше было просто не по кому.

Вместо вызова по рации Командир сам подошел к нам. Показалось мне или нет, но он был в не очень хорошем настроении. Судя по поведению и виду, планы на жандармов у него были несколько иными.

– Ну и какого хрена?! – спокойно спросил он.

– Наша разведка, – указал я одной рукой в сторону леса, другой потирая затылок.

Те уже скрылись среди деревьев, поэтому ничего предъявить я не мог, кроме своих слов. Видимо, кроме меня и немцев никто разведку не заметил.

– Где? – повернувшись в сторону дубравы, спросил полковник.

– Уже скрылись. Я их сразу после немцев увидел. Они по ним огонь открыли, ну я взял бинокль и посмотрел, по кому стреляли.