Истребители: Я – истребитель. Мы – истребители. Путь истребителя

Незнакомец, несмотря на грязное, в разводах лицо опознал меня, поэтому, кинув руку к виску, ответил:

– Товарищ подполковник, разрешите пообщаться лично?

В это время Рябов, выглянувший из-за двери бронетранспортера, удивленно спросил:

– Сурок, ты, что ли?! – Причем вопрос предназначался не незнакомцу, а кому-то в глубине зарослей.

– Васька?! Рябой?! – ответили оттуда.

– Тьфу, немецкий тыл… Куда ни плюнь, везде наши! – в сердцах воскликнул я, снова сплюнув.

Это почему-то вызвало безудержный смех и у наших, и у пришлых. Через минуту полковник, Рябов и – командир советских диверсантов уже усиленно общались рядом со злополучной лужей.

На первый же вопрос полковника капитан Вечерний, командир группы осназа, только развел руками. Рацию они потеряли еще две недели назад. Разбили при высадке.

– Чья работа, три немца в лесу километрах в сорока отсюда? – спросил я у разведки и диверсантов, когда они закончили общаться.

– Наша, – ответил Вечерний. – Они с нами машиной поделились.

– Интересно, а кого из вас тот фельдфебель ловил? – вслух поинтересовался я.

До моста мы не доезжали, он остался правее. Но та самая река, которую нам надо преодолеть, проходила через этот лес.

Ответа на мой вопрос не нашлось, никто не знал.

Через десять минут мы развернулись и направились в объезд, в лагерь Вечернего. Порадовало одно – батареи у запасливого капитана были. Значит, наша эпопея скоро должна была кончиться. Домой хочу, к жене и сыну."

"Уважаю я этих осназовцев: всего пятеро, а нас на понт взяли, не побоявшись выйти против почти двух десятков, так еще и лагерь у них был организован со всеми удобствами. Знаете, что они сделали? Приехали к леснику, в его сторожку, и, так скромненько потупив глазки, спросили: можно мы у вас поживем? А машину под навес поставить можно? Спасибо большое, а ничего, мы тут по лесу с оружием побегаем, не возражаете? И ваше оружие в сторону приберем, мало ли что? И поживите-ка вы в сарае, там вам удобнее будет, хорошо?

Короче, лесник с семьей сидят в сарае под присмотром одного из осназовцев, остальные расположились в хате на хозяйских харчах.

Сама сторожка стояла в глубине леса. Судя по тому, как борта машины скрежетали по веткам деревьев, растущих по бокам узкой дороги, тут ничего кроме телег не ездило. Бронетранспортер шел последним, к нему ушлые осназовцы привязали срубленную березу, крона которой заметала наши следы.

Ревя моторами, мы выехали на небольшую поляну. Лесник ее использовал полностью. Слева от дороги была посажена картошка, справа – рожь. Я притормозил, разглядывая спокойную жизнь лесничества. Сторожка, сияя свежим срубом под соломенной крышей, была как с картинки. Пара новых построек рядом, колодезный сруб с журавлем, пасущаяся корова, чуть левее от нее – стреноженная лошадь.