Истребители: Я – истребитель. Мы – истребители. Путь истребителя

И за две недели тут успело скопиться почти десяток летчиков, штурманов и борт-стрелков. В основном из штурмовой авиации, с тех же «таиров». Из-за их слабой бронезащищенности именно они несли на себе тяжесть больших потерь. Хотя надо сказать, что увеличенная дальность и возможность использовать штурмовики как истребители-перехватчики сделали их грозными противниками. В бою с истребителями они крепкие орешки, а вот зениткам противопоставить нечего, так что основные потери они несли именно при заходах на цели. Как говорится, везде, где есть плюсы, есть и минусы. Взять хотя бы Казанцева: подбит зениткой.

Из собранных летчиков присутствовали неполный экипаж с Пе-8 – семь человек – и два экипажа с модернизированных двухместных «таиров» – четыре человека. Одиннадцать летчиков да шесть бойцов капитана Вечернего – получалось семнадцать. Вдобавок одиннадцать бойцов Рябова и девять бойцов нашей группы. Итого – тридцать семь человек."

"– Действительно, одним самолетом не обойдемся, – задумчиво протянул полковник.

– А где летчики, что-то я их тут не видел? – поинтересовался я.

– По плану должны были отойти в лес, товарищ подполковник. Часовой сигнал подал, значит, ушли. Думаю, сейчас уже должны вернуться, – удивительно вежливо пояснил мне капитан. Хорошо иметь дело с профессионалом, все просчитал и рассчитал. Кстати, я-то привык, как ко мне обращаются, все-таки легендарная в СССР личность, и без ложной скромности добавлю: уважение я действительно заслужил в боях. Вот родственники до сих пор не могут принять это, все еще считают меня мальчишкой. Думаю, со временем это пройдет и они поймут, что два года войны не прошли для меня даром.

– Хорошо, капитан, мы вас поняли. У вас есть подготовленная площадка для приема самолетов? – поинтересовался дядька.

– Присмотрели одну. Место глухое, но нужно срыть несколько кочек, есть там неровности, а так – идеальная площадка. Мы бы сами подготовили, но из-за рации… – развел руками капитан.

В это время в комнату вошел радист Рябова. Судя по выражению лица, с плохими новостями.

– Не работает рация, товарищ полковник, две лампы битые. Ремонт в полевых условиях невозможен.

Это сообщение сразу вернуло нас на землю – помощи в ближайшее время не будет.

– А ваша рация, ее можно использовать? – не терял надежды полковник.

– После падения с трехкилометровой высоты? – усмехнулся капитан Вечерний.

– М-да, лепешка, – протянул Командир.

– Это да.

– Есть какие предложения? – спросил дядька у присутствующих.

– Добыть рацию у немцев, – предложил Шатун.

– Уже прорабатывали, – поднял руку Вечерний, – дохлое дело. В округе три рации, две маломощные, до наших не докричаться.