Истребители: Я – истребитель. Мы – истребители. Путь истребителя

– Слушаю, старшина, – повернулся он ко мне, отрываясь от пристального изучения карты.

В отличие от него, одетого в современный армейский камуфляж, который, кстати, очень заинтересовал разведчиков и осназовцев, я все еще был в трофейной форме.

– Товарищ полковник, я снял свой комбинезон, прежде чем надеть эту форму. У меня под ней ничего нет.

Полковник на несколько секунд задумался, после чего приказал:

– Оружие сдашь Филимонову, будешь у нас изображать пленного немца. Понесешь одного из раненых.

– Есть, – козырнул я.

«Раненого так раненого, как будто я сюда так просто шел.

Тоже нес, между прочим», – размышлял я, вернувшись на лежанку. Нужно отдохнуть перед выходом. Всего пять минут, но мои пять минут.

Посмотрев на небо, по солнцу определил, что время близится к обеду.

«Дали мы храпака, хотя и сюда дотопали, когда уже рассветало, – лениво размышлял я, – все-таки молодец Сева, сумел тут освоиться и даже стать мегазвездой, если по нашему миру судить. Вон как простые бойцы, да и командиры перед ним тянулись. Уважают. Да и он явно это понимает, носа не задирает, через губу не разговаривает. Со всеми спокойно общается, ровно.

Не врал, когда говорил, что проблем с внедрением не будет, мол, все его знают. Я бы сказал даже больше: про него не знают только глухонемые, которые потеряли зрение. И песни действительно красивые поет, есть в нем некий шарм при исполнении. Всегда своей песней прямо в душу западает. А как бойцы его на плащ-палатке осторожно в хату отнесли, когда он на середине очередной песни уснул. Хорошо все-таки, что я сюда попал. Что меня дома ждало? Жизнь как у всех, а тут я реально могу пользу принести. Что знаю про современную войну? Да много, зря, что ли, в армейской танковой учебке полгода провел? Танки другие, но манера вести бой фактически та же, те же танковые засады взять. У меня по этой теме “отлично” было, ничего ведь не забыл. Что там, всего-то два года прошло, как я сапоги сбросил и прекратил шрапнель есть»."

"Мои размышления прервал сигнал к выступлению. Глупо, конечно, вот так днем идти, но полковник почему-то очень торопился. Путь, к моему удивлению, лежал все дальше в глубь захваченных территорий.

«Интересно, что на уме у нашего полковника? Организовать партизанский отряд? Вполне возможно, странный только маршрут движения.

Рации нет, сомневаюсь, что нам дадут еще один шанс по захвату радиостанции», – размышлял я.

Ручки носилок уже, казалось, оттянули руки до самой земли, хотя мы всего час идем под палящим солнцем. Дорога бежала между широких полей, засеянных пшеницей, желтые стебли которой уже вымахали по пояс.

Откуда-то со стороны показался один из разведчиков с гирляндой фляг на шее. Заметив его, командование объявило десятиминутный привал.