Истребители: Я – истребитель. Мы – истребители. Путь истребителя

Положив носилки на обочину дороги, я присел рядом с раненым, тяжело переводя дыхание и ожидая своей очереди припасть к живительной влаге. Присевшие рядом командиры что-то негромко обсуждали. Придвинувшись к ним немного ближе, я прислушался.

– Товарищ полковник, преодолеть двести километров за два дня – это нереально, – говорил капитан Вечерний. Рябов промолчал, но согласно кивнул головой. – С ранеными мы далеко не уйдем.

– Знаю, поэтому первостепенная задача – захватить машину. Нам и одного грузовика хватит, всего шестнадцать активных штыков. Раненых я не считаю, – ответил полковник.

Пока командиры совещались, отодвинувшись, взял протянутую фляжку. После раненого там оставалось едва на донышке, но мне на пару глотков хватило. Как только объявили подъем и начали движение, прибежал один из высланных вперед разведчиков. Он засек впереди бронетехнику противника.

– Лично не видел, слышно было рев мотора и лязг гусениц, – ответил он на вопрос полковника, рукавом комбеза вытирая мокрый лоб в грязных разводах.

– Затаиться! – скомандовал полковник.

Мы отнесли носилки в глубь пшеничного поля метров на двадцать и аккуратно их положили.

– Сюда едет? – поинтересовался полковник, когда на дороге никого не стало.

– Так точно, тут одна дорога, – кивнул боец.

Полковник тоже углубился в поле и, присев, достал карту. Устроившиеся рядом командиры его внимательно слушали.

– Судя по карте, движется он от шоссе к этой станции, там расположены реммастерские. Мы ее сбоку оставили, когда повернули на развилке.

– Пропускаем, товарищ полковник? – поинтересовался капитан Рябов.

– Да. Нам техника нужна, а не одиночная броня.

В это время следивший за дорогой боец крикнул, что показалась башня танка, при этом, по словам наблюдателя, он что-то тащил за собой на тросе.

– Старый знакомый, товарищ полковник.

– Тэ-двадцать шесть?

– Так точно.

– Еще что-нибудь видно?

– Никак нет, пыль все скрывает.

– Отходим в глубь поля, – скомандовал полковник, как только бронетехника приблизилась.

Естественно, уходя в поле, мы оставили следы, примяв стебли. Теперь в пшенице хорошо просматривались проложенные тропинки, но деваться просто было некуда.

Когда танк со своим грузом проползал мимо, выяснилось, что он тащил, это-то и решило дело. Полковник скомандовал захват. Крепко сжимавшие оружие бойцы как один вскочили и рванули к танку и поврежденной машине-пеленгатору. Оказалось, что это именно ее он тащил на буксире. Судя по голым дискам задних колес, у пеленгатора были проблемы с мостом, видимо, заклинен, раз покрышки успело содрать за время пути. Рваные осколочные пробоины в бортах ясно давали понять, что близкий разрыв его все-таки достал.