Истребители: Я – истребитель. Мы – истребители. Путь истребителя

Я его сразу узнал по рыжим вихрам, это был старший лейтенант Ветров, он командир БЧ-3 на эсминце. Тот еще забияка, во время перехода через Панамский канал он на спор загарпунил акулу.

– Он самый, лейтенант. Наши все на корабле? – спросил я, имея в виду своих музыкантов."

"– Так точно, товарищ подполковник. Мы думали, вас только вечером найдем.

– Вы одни? – первым делом спросил я.

– Сюда направляется эскадра под командованием адмирала Октябрьского. Они в трех днях пути.

– Отлично, – обрадовался я и тут же стал командовать: – Меня на эсминец. Самолет поднять на палубу, разобрать и убрать в трюм. Потом отправим его под Москву, в Центр боевой летной подготовки, как наглядное пособие.

– У нас нет трюма, товарищ подполковник.

– Тогда разобрать и убрать с глаз долой. Вы до Австралии не успели дойти?

– Никак нет, товарищ подполковник, – ответил лейтенант, наблюдая, как моряки помогают мне попасть в лодку.

– Отлично. Давай на эсминец… И еще, лейтенант, у немцев тут недалеко секретная база, там у них самолеты в виде тарелок, если увидите – не пугайтесь, а стреляйте наверняка.

– Ясно, товарищ подполковник, – серьезно кивнул Ветров. – Союзники что-то трепали про подобное в Перл-Харборе, но мы думали: байки.

– Я с этими байками чуть не схлестнулся, ладно их отозвали, – буркнул я.

В это время шлюпка с самолетом на прицепе вернулась к эсминцу, и по веревочному трапу я забрался на борт.

Черт возьми, как хорошо-то оказаться среди родных и хоть немного знакомых лиц.

Меня почти мгновенно окружила толпа, как моряков, так и моих музыкантов. Крепко обняв ближайшего моряка, могу ошибиться, но вроде это был боцман, и не обращая внимания на похлопывание по плечам и радостные возгласы, я нашел глазами командира «Ташкента» и, взмахом руки призвав к тишине, скомандовал:

– Срочное собрание офицеров, нужно кое-что обсудить. Думаю, скоро нам придется вступить в бой. Примите к сведению, что у противника есть авиация.

– Усилить наблюдение за воздухом. Рязанцев, самолет на палубу – и замаскировать, не нужно давать японцам повод для протеста. После погрузки малый вперед по старому курсу! – немедленно стал командовать Зайцев.

– Есть!

– Есть!

– Есть!.. – козыряли офицеры и разбегались по боевым постам. Кто к зениткам, кто в рубку, а кто и на нос, заниматься подъемом «Мицубиси» с воды.

В кают-компании кроме старших офицеров «Ташкента» находились еще четыре офицера из наркомата Берии. Первым делом я в подробностях расписал крушение нашего самолета и как мы выбрались на остров. Когда я закончил, эсминец, загудев двигателями, стал разгоняться. Значит, самолет уже поднят с воды.