Изгнанница. Искра Императора
В мире драконов сила их правителей столь могущественна, что выдержать ее может лишь его личная Искра. Меня готовили к этому с детства, поместив в мое тело частичку его пламени. Теперь я его жена, сосуд для его магии, та, кто способен выдержать его мощь и выносить для него ребенка… Точнее, была женой до тех пор, пока не стало понятно, что родить не получится. Я отправлюсь в изгнание…Хотя я всего лишь закрыла глаза в своем мире, а очнулась в теле этой несчастной девушки. В замке, стоящем высоко в горах, среди снега и льда, нежный цветочек Альви Эттана завяла бы на раз. Вот только я не она, и сдаваться не намерена!Горнолыжный курорт хотите? Устроим!Дорогой супруг, а вы здесь с какой стати нарисовались? Императорам вход воспрещён!
Выбитые стекла, развороченная каменная стена, расправленные мощные крылья — все это словно обошло его стороной. Потому что он уже летел в Лавуаль, к своей Искре, с которой произошло или должно произойти что-то ужасное. Дракон так чувствовал, дракон рвался к ней.
Чтобы спасти.
Путь императора обычно занимал около трех часов. Огромные крылья позволяли преодолевать быстро большие расстояние. Сегодня он достиг перевала Элирона за час или меньше. А затем столкнулся с настоящим адом. Эти горные вершины никогда не славились гостеприимностью, за это Лавуаль и не любили, но с такой бурей Натаниэль еще не сталкивался.
Не раздумывая, Натаниэль врезался в серую пелену, которая даже дракона лишала зрения. Его огромного зверя швыряло из стороны в сторону шквальным ветром, но впереди ярчайшим маяком светила путеводная звезда. Искра. Искра звала Натаниэля, в его ушах призывным голосом сирены пела магия, связавшая императора с одной единственной женщиной.
Что Альви забыла в этой мгле, на горном склоне, он не представлял, да это было и не важно.
Дракон наконец-то увидел огонек, который все время звал его, и резко спикировал. Сев на землю, едва не ободрав бок о заметенные снегом острые камни, зверь принялся копать. Осторожно, словно от этого зависело само его сердце. А может и зависело, он уже ничего не соображал от беспокойства и бессилия. Только бы успеть! Потому что искра — его Искра! — потихоньку угасала, а зов становился все менее различимым.
Все-таки расчистив снег, дракон жалостливо зарычал: Искра была без сознания, в ней едва теплилась жизнь.
11
Аглая
Я проснулась от странного ощущения. Странного и волшебного: нечто подобное бывало под Новый год, а точнее, первого января.
Я помнила, как падаю в снежную пропасть, как меня накрывает с головой и как приходит темнота.

















