Караваль

Едва различимый внутренний голос напомнил Скарлетт, что это всего лишь игра, и крик тоже иллюзия. Но стоящая напротив нее девушка с красными губами искренне испугалась, да и вопль прозвучал невероятно правдоподобно. Мысли Скарлетт снова обратились к контракту, который она подписала кровью, и слухам о женщине, умершей во время игры несколько лет назад.

– Что это было? – потребовала она ответа.

– Вам нужно уйти.

Девушка схватила Скарлетт за руку и потащила обратно к ступенькам. Еще один крик сотряс стены подземелья, такой мощный, что со стен посыпалась пыль, закружилась в свете факелов.

На долю секунды Скарлетт показалось, что она видит связанную женщину – ту самую в голубовато-сером платье, которую прежде выгоняли из торговой лавки. Джованна тогда заверила, что на улице разыгрывается представление, но сейчас поблизости не было зрителей, чтобы слушать ее вопли, – кроме Скарлетт.

– Что они с ней делают?

Скарлетт продолжала бороться с красногубой девушкой, надеясь добраться до несчастной жертвы, но противница оказалась очень сильной: неслучайно она с такой легкостью гнала прошлой ночью лодку по каналам.

– Прекратите сопротивляться! – предупредила она. – Забредете глубже в эти туннели и тоже лишитесь рассудка. Мы не причиним этой женщине вреда – наоборот, не дадим ей поранить себя. – Девушка в последний раз толкнула Скарлетт, так что та плюхнулась на колени у подножия лестницы. – Здесь вы не спутника своего найдете, а лишь собственную погибель.

Тут раздался новый крик; на этот раз мужской.

– Кто был…"

"Договорить Скарлетт не успела: дверь из песчаника захлопнулась прямо у нее перед носом, скрыв оставшуюся в коридоре девушку с красными губами и заглушив крики. Карабкаясь по ступеням обратно во двор, Скарлетт продолжала слышать отзвуки ужасных воплей, льнущих к ней, как сырость в пасмурный день.

Мужской голос принадлежал не Хулиану. Она снова и снова уверяла себя в этом, когда садилась в лодку, чтобы вернуться на постоялый двор. Пришлось напомнить себе, что просто играет в игру, но от этого умопомешательство другой участницы не сделалось менее реальным.

Если женщина в сером платье действительно обезумела, Скарлетт не могла не задаться вопросом, что послужило тому толчком? А если лицедействовала, то столь правдоподобно, что человек несведущий, услышав крики боли, мог в самом деле повредиться рассудком.

Скарлетт подумала о Телле. Вдруг она тоже связана и пытается позвать на помощь, но тщетно? Нет. От подобных мыслей недолго и с ума сойти! Легендо, скорее всего, поместил Теллу в роскошные покои и предоставил в ее распоряжение слуг. Прямо сейчас, должно быть, она вкушает клубнику в сахарном сиропе. Хулиан ведь говорил, что магистр прекрасно заботится о своих гостях.