Хочу тебя в долг

Просто не могу ему не покориться в этот проклятый момент.

— Хочу видеть, как ты кончишь, — ухмыляется мужчина.

Но я не… я не…

Пальцы на ногах поджимаются. Спина выгибается дугой. Низ живота скручивают такие невыносимые спазмы, что сперва мне кажется, я прямо сейчас описаюсь и стыд обжигает щеки.

Кричу. Просто не могу удержаться. Не выходит.

Сама не понимаю, почему. Что этот амбал со мной вытворяет? Как ему удаётся? Как такое вообще происходит? Откуда во мне столько гремучей похоти?

Пальцами в его плечи впиваюсь. Цепляюсь за стальные мускулы. Бьюсь под этой раскалённой грудой мышц, на осколки разлетаюсь.

Отрава по венам льётся, кровь ядом пропитывается. Этот человек меня собой заражает.

Маньяк. Сексуальный. Извращенец. Больной напрочь. Псих, для которого ничего святого не существует.

Его член меня до исступления доводит. Горячий и толстый. Гигантский. Он будто удав, будто огромный змей внутрь проскальзывает, пронзает лоно, до предела доходит и клеймит. Жалит. Вбивается резче и жёстче. Ввинчивается мощными толчками. Подчиняет и порабощает, подминает под себя, выбивает прошлое, выколачивает.

— Признавайся, — хрипло требует Амир, тяжелого взгляда с меня не сводит.

 — Ты про мужика с большим болтом мечтала? Чтоб пришёл и нагнул, весь мозг к чертям выдолбил?

— Н-нет, — лихорадочно головой мотаю, губы кусаю и от своих эмоций дурею, позволяю безумию вырваться на волю. — Про тебя мечтала. Только про тебя!

— Сука, — шипит он.

И трахает меня как животное. Одержимо. Примитивно. Низменно. Наверное так неандертальцы совокуплялись. Это больше на случку похоже. Но я до крайней степени возбуждена. Уже никакого унижения не чувствую. Не замечаю просто. И боли нет.

Ни намёка, ни тени. Только безумное удовольствие. Острое и цепенящее. Башню совсем сносит. Уносит напрочь.

И кажется, мне хорошо только потому что ему в кайф. Точно на одну волну настроены, на одну частоту. Друг под друга заточены и заряжены. Запал передаётся от единственного прикосновения, а когда так тесно сливаемся, то и вовсе границ нет. Все черты стёрты. Все стены разрушены. Нет преград. Мы едины в своём желании.

И совсем не хочется думать. Ни секунды. Ничуть.

Это просто стихия. Безудержная.

Амир берет меня так, как считает нужным.

Пропитывает своим запахом. Пронизывает пороком. Помечает грехом. Я почти отключаюсь, почти лишаюсь сознания от этой дикой скачки.

Ничего не соображаю. Вообще.

А он кончает со звериным рыком. Подхватывает меня под ягодицы, ещё сильнее к себе прижимает. Впечатывает бёдра в бёдра. Как на кол насаживает. И хищно ревёт. Дышит тяжело и прерывисто. Вдавливает в кровать.

Боже. Какой ненасытный. Неудержимый. Такой до смерти затрахает и даже не заметит. Раскатывает меня по постели, как бульдозер сверху проезжается.