Хозяйка дома у озера (СИ)

Но безуспешно, потому что Фрейг произносит какую-то абракадабру, и мои руки вмиг превращаются в непослушные плети. — Если бы ты меня не заколдовал, я бы и не посмотрела в твою сторону! Для меня ты сейчас мерзкая жаба, до которой даже противно дотронуться!

Не успела я закончить, как Фрейг поднял с пола кнут и замахнулся.

Я зажмурилась от страха…

Неожиданно послышался какой-то шум, а потом такой грохот, что я невольно открыла глаза.

Граф де Белларди лежал на полу, раскинув руки. Над ним возвышался мой палач и смотрел на меня. И я еще не видела у него таких глаз. Они выражали даже не сочувствие, а какое-то параноидальное сострадание вперемежку с отчаянием.

— Даниэла, я понятия не имел, что проклятый колдун осмелится на такое! — Его голос как и всегда проникновенно-мягкий, а пальцы моего Чудовища дрожат от волнения. Наверное, поэтому он никак не может справиться с веревкой, с помощью которой граф привязал меня к кушетке. — В Итее запрещены телесные наказания! И этот подлец не мог этого не знать!

Наконец палач освободил мне руки, и я встала, придерживая на груди спадающее платье. Потому что перед моим истязанием Фрейг с такой злостью рванул его с моих плеч, что почти все пуговицы мигом разлетелись в разные стороны.

— Даниэла, не нужно меня стесняться. После того, как на тебя напали в тюрьме, я сам лечил твои раны. Да, у нас очень необычный супружеский союз, но я знаю твое тело также хорошо, как если бы был тебе настоящим мужем…

Я промолчала и вопреки его словам прижала лиф к груди еще сильнее. В то время как свободной рукой попыталась соединить разорванное на спине платье в одно целое.

Но куда там! Его осталось лишь выбросить. Но я этому только рада, потому что уродливее платья и придумать себе нельзя. Может, теперь палач раскошелится и купит мне что-нибудь поприличнее этого нищенского наряда?!

Одно неловкое движение — и ткань плотно прилипает к кровавой полоске, которую мне оставил на память Фрейг.

Я невольно вскрикиваю и замираю.

— Даниэла, не истязай себя еще больше! Сейчас принесут новое платье, и я смажу твою рану колдовской мазью."

"— Спасибо, не нужно! Лучше вообще ко мне не прикасайся! — огрызаюсь я, стараясь не заплакать от боли. — Таддеус Алькаде, с тех пор как я вышла за тебя замуж, меня дважды чуть не убили! И все из-за тебя и твоего ненормального желания сделать мне больно!

— Но Даниэла, если бы ты в свое время не связалась с графом Белларди, то этого бы не случилось!

— А чем ты лучше его?! Он хлестнул меня один раз кнутом, а ты измываешься надо мной вот уже много дней подряд!! Для меня жизнь с тобой хуже казематов!

Палач отшатнулся от меня как от пощечины.