Хозяйка дома у озера (СИ)

 — Это служанка украла у какой-то кортессы браслет! Посмотрите сами, вот он, у неё на руке!

Я в ужасе опускаю голову и вижу там задранный рукав и свое запястье с браслетом… а экономка уже размахивается, намереваясь влепить мне пощечину.

— Не сметь! Если ты хоть пальцем дотронешься до моей жены… — неожиданно грозно рычит ей в лицо палач, крепко сжимая занесенную для удара женскую руку.

— Жены?! — обескураженно шепчет мегера, и её лицо от волнения идет пятнами.

Я же стою между ними ни жива, ни мертва, лихорадочно соображая. Но тут я вижу такое, отчего моя челюсть ползет вниз…

Оказывается, следить за своими рукавами нужно было не только мне, но и моему палачу. Потому что из-под манжет его повседневного пиджака выглядывали кружевные рукава, отороченные золотым шнуром. А это обозначало лишь одно — Таддеус тоже присутствовал на этом приеме.

Но почему, спрашивается, я его там не видела? Разве можно не заметить человека в маске и с жутким мешком на голове?!

Глава 17

Экономка исчезла также быстро, как и появилась. И стоило ей только уйти, как в комнате повисло напряженное молчание.

Я видела, что палач не сводил взгляда с моей руки. Но вряд ли он сейчас любовался красотой браслета. Скорее, он мучился вопросом: откуда он у меня?

— Можно мне хотя бы переодеться? — Я вопросительно смотрю на Таддеуса.

— Только после того, как нанесу мазь на твою рану, — категорично отвечает мне он. Но зачем мне его показушная забота? Его же сейчас буквально раздирает от возмущения и злости, потому что он считает меня воровкой!

С того момента как у меня появились колдовские силы, я могу безошибочно определять настроение своего Чудовища. Даже когда он молчит. Для этого мне достаточно лишь посмотреть ему в глаза."

"— Ладно. Ты все равно не оставишь меня в покое, — недовольно бурчу я, разворачиваясь к нему спиной.

Палач тяжело вздыхает…

Не знаю, как он умудряется себя сдерживать, но его прикосновения нежны и деликатны. С предельной осторожностью кончики мужских пальцев скользят по моему кровоточащему рубцу. Несмотря на то, что палач готов разорвать меня на части от злости.

К моему огромному удивлению Чудовище на этом не останавливается. После моей спины он приступает лечить мои сбитые в кровь руки…

Как и следовало ожидать, колдовская мазь приносит мне огромное облегчение. И я в который раз убеждаюсь в том, что своим упрямством я врежу лишь самой себе. В то время как Чудовище старается избавить меня от боли. Похоже, он знает все о страданиях и ранах…

— Готово. Можешь надеть новое платье, — сухо приказывает мне палач и с яростью закрывает банку с лечебной мазью. Отчего несчастная крышка издает настолько громкий хлопок, что я непроизвольно втягиваю голову в плечи.