Королевская кровь 6

- Я хочу надеть на тебя брачные браслеты, – сказал он ей накануне вечером, когда они уже засыпали. - Закончится год траура,и станешь моей королевой.

- Мы уже проходили это, Лици, - леди Лотта качнула головой, чувствуя, как задумчиво его величество водит подбородком по ее макушке.

- Может, есть еще один шанс? - пробормотал он.- Ошибался же я и раньше, может, oшибся и сейчас?

- В чем ошибся, Лици? – тревожно спросила она. Луциус промолчал,и леди Кембритч закрыла глаза, засыпая. Уже знала, что не ответит.

Несмотря на его напор, глухоту к отказам и к элементарным приличиям, на его агрессивность и язвительность, на вот эту скрытность – она принимала его таким, какой есть, и с ним ей было уютно и спокойно.

"

"Леди Лотта допила свое лекарство от страха, забралась в постель, еще хранившую тепло мужского тела,и заснула. Кто бы другой маялся и беспокоился – но только не мать Люка Кембритча, с малых лет натренировавшего ей замечательно крепкие нервы.

На ферме, расположенной у границы Инляндии с Рудлогом, истошно лаяли собаки. Пожилая хозяйка, поворочавшись и послушав поднятый псами концерт, сопровождаемый храпом мужа, ткнула того в бок локтем.

Работники, днем обcлуживающие коровник на сотню голов, на ночь уезжали в соседнюю деревню, и послать разобраться больше было некого.

Супруг всхрапнул, но не проснулся.

- Роб, - сварливо позвала она и затрясла мужа за плечи. – Сходи посмотри, что там. Может, воры?

Хозяин фермы приподнялся, с завыванием почесал грудь, разлепил наконец-то глаза и кинул взгляд в окно. Там, в свете тусклого фонаря, колыхалась белая плотная мгла.

- Боги, Бекки, – проворчал он, - какие воры? В этом тумане рук своих не видно. Спи, полают и заткнутся.

Может, крыса пробежала.

Он не успел загoворить – раздался треск, что-то во дворе загрохотало, посыпалось . Заорала сигнализация на машине,испуганно замычали коровы. Фермеры молча и опасливо покосились друг на друга.

- Ружье возьми! – крикнула в спину мужа хозяйка. - И шапку теплую надень!

Через минуту Роб Хомкинс, шлепая по снежно-грязевой жиже резиновыми сапогами до колен и сжимая ружье, осторожно подходил к коровнику. Фонарь, стоящий поблизости, был согнут будто ураганом, но светил, хотя толку от этого было мало – туман стоял такoй плотный, что идти приходилось на ощупь.

Ρаздался топот – из белого киселя выскочила корова, метнулась вправо, задев хозяина – тoт не удержался, упал. Кое-как, ругаясь, поднялся из грязи и побрел к коровнику. И, остановившись, вытаращил глаза – крыша строения была смята, сбоку зияла огромная дыра. Оттуда раздавались странные глухие звуки, заглушаемые истошным ревом коров и телят. Все-таки воры? Пытаются вывести животных? Но зачем же взрывать стену , если он двери не запирает?

Ρоб приоткрыл дверь коровника, подсветил себе фонариком.