Крепостная

— Не мешай, Петруша, ни мне, ни ей. Пока Анна накрывает, я отдохну, а за обедом объявлю вам о хорошей вести, - кратко и серьезно сообщил отец сыну. И я услышала, как дверь в комнату барина открылась и закрылась.

«Все, финита ля комедия, мои дорогие карапузики. Хороводы свои будете теперь водить в других местах. Я и двадцати рублей не пожалею, а приставлю к дому еще человека, окромя Фирса. Будете у меня по одной половице ходить.». С этими мыслями я заснула. Прямо в шубе.

— Гляди-ка, барыня спать прямо в мехах изволит, - голос смеющейся Нюры разбудил меня. Открыв глаза, я увидела обеих своих подруг.

— Ой, заснула. Вы чего тут? – я зыркала то на одну, то на другую.

— Барин велел звать. Неужто теперича придется приглашать к столу? – по голосу Нюры я понимала, что это просто шутки, и ни капли не обижалась. Чувство юмора у нее было что надо, и меня радовало это. Потому что, в отличие от нее, Глафира была «деревянной».

— У меня теперь только один выбор появился: хочу – реву, хочу – нет, - засмеявшись в ответ, сказала я. Скинула шубу, поправила платье, а потом и волосы. Выглядела я совсем не так, как выглядят новобрачные. И даже не так, как выглядит барыня. — Идем!

— О! Что за честь такая – ждать девку дворовую и к ложке не прикоснуться? Не Пасха еще, отец! – хохотнув, но как-то нервно, Петр уставился на хозяина дома.

В отличие от нашего Петрушки, жена его оказалась куда прозорливее: понимала, что происходит что-то, чего она не знает. Мне показалось, что если внимательно посмотреть ей в глаза, то можно рассмотреть там все мысли, мелькающие с частотой картинок в игровом автомате.

— Присаживайся, Надюша, привыкай, - барин указал на стул, стоящий напротив него. Раньше там сидела Домна, и место пустовало, словно все боялись занять его. Стол вмещал двенадцать персон, но барин указал на место Домны.

— Отец, ты не заигрался? – на лицо Петра упала тень, а вот Кларка наша, похоже, поняла, откуда и куда дует «ветерок».

— Теперь Надюша здесь будет сидеть, поскольку право имеет, как моя законная супруга! – объявил Осип, и в доме повисла тишина. Как на зло, Нюра ушла за очередным блюдом, Фирс, усадив барина, вышел, а служки молодых, как и раньше, стояли недвижимо за их спинами.

— А? Ш-ш-што? – Петр даже не испугался. Лицо его было спокойно, видимо, подумал, что ослышался. А вот Клара в этот момент пила из чашки чай. И окатила перед собой часть стола, фыркнув , как будто гладила белье.

— Все, как ты слышал, сын. Ты теперь здесь гость. Наследство все на ней. А коли с ней чего приключится, то отойдет скиту. Но случиться больше ничего не должно, правда? А то на этот раз не обойдется без городничего. Крыло ваше мы закрываем. Пусть у вас свой вход будет. Хотите, в гости приходите.