Красные волки

Сам капитан обычно оставлял ключи от оружейной горки у дневального, а у старшего лейтенанта Медведя, видимо, привычки были свои. Медведь увел роту на часовую пробежку по периметру военного городка и ключи с собой забрал. Ловить старлея было некогда, да и таскаться с автоматом по столице республики тоже не очень хотелось. Поэтому Шереметев вооружился только штатным пистолетом «Грач»[4], который обычно держал в своем несгораемом ящике, громко именуемом сейфом, и на всякий случай прихватил с собой трофейную «беретту-92». Если «Грач» носился открыто в кобуре, то «беретта» привычно убиралась в специально приклеенный карман бронежилета под «разгрузку», крепилась двумя вертикальными «липучками» и легко доставалась левой рукой, поскольку правая обычно была занята другим оружием. В принципе вооружаться так основательно Григорий Владимирович не планировал, поскольку не ждал никакой опасности со стороны профессора Идрисова. Исмаил Эльбрусович должен понимать, что Шереметев не втайне от всех к нему отправится, и просто из чувства самосохранения не пожелает подставлять капитана, следовательно, и себя. Случись что с Шереметевым по вине профессора, тот едва ли смог бы в этот день улететь в Женеву.

Водитель, старший прапорщик Николай, курил рядом со своим «уазиком», дожидаясь капитана:

– Едем, товарищ капитан?

– Едем, – ответил Григорий Владимирович, усаживаясь, согласно инструкции по передвижению военным небронированным транспортом в темное время суток, на заднее сиденье. Почему считалось заднее сиденье менее опасным, чем переднее – никто и никогда толком сказать не мог. Просто так однажды кто-то решил, так и стали считать. Хотя что лобовое стекло прострелить, что брезентовую боковую обшивку автомобиля – разницы для пули никакой не было. Разве что человека на заднем сиденье не видно. Но и на переднем, если в салоне свет не включен, его тоже ночью не видно. Глупость, конечно, но приказного плана, а Шереметев к приказам всегда относился с уважением.

Выехали за ворота вовремя. В городе еще не включили освещение. Оно включалось только утром, незадолго до рассвета, но света фар автомобиля вполне хватало, чтобы свободно ехать через город.

Когда подъезжали к стоянке такси, Шереметев увидел, как какой-то офицер усаживается в машину. Судя по тому, что он был в фуражке, а не в косынке или берете, это не спецназовец. Такси резво рвануло с места и заняло дорогу впереди «уазика». Впрочем, Николай не гнался за иномаркой, понимая, что его старенькому «уазику» подобное соревнование не по силам. Дистанция быстро увеличилась. Как и между тем же «уазиком» и другой легковой машиной, обогнавшей его. Вторая машина ехала даже быстрее первой, что сразу заметил Григорий Владимирович, и это его слегка удивило.