Моя в наказание (СИ)

Меня очень сильно впечатлила его готовность спать со мной в одной постели. Опять. С предателями ночи не проводят. Значит…

Слышу стук в дверь, но не мою, а ведущую в номер. Сначала пугаюсь, потом распознаю звуки движения колесиков по паркету и тихое дребезжание стекла. Это едет сервировочная тележка.

Завтрак. Точно. Айдар заказывал, я слышала.

Вспоминаю о еде и сразу же чувствую, как желудок болезненно сжимается. Во мне не было столько энергии, сколько мы потратили за эту ночь, но я ни о чем не жалею.

Я ему всё позволяю. Просто всё. Без границ и рамок.

И он это знает.

Упивается. Властвует.

Меня опять уносит в нашу ночь, а выдергивает из нее вместе со стуком уже в эту дверь.

Оборачиваюсь, щелкаю замком, тяну на себя, встречаюсь со слишком прямым взглядом тут же. Я бы может свой и отвела, но Айдар не дает.

Сканирует и жрет. Топит собой. Я только смыла прикосновения, слюну и сперму, а кажется, что снова вся в нем.

Сердце ускоряется, взгляд все же скатывается — хотя бы на губы. Потом вспоминаю, где они были, что они говорили… Мы провели много часов в кромешной темноте и без единого запрета. Думаю теперь, что до старости будет скручивать от этих воспоминаний.

— Я не утонула… Если ты волнуешься, — начинаю дерзко, а концовка — смазанная. Мои губы подрагивают, щеки алеют.

За ребрами маленький шторм в ответ на легкое движение мужских губ уголками вверх. Оценил, Аллах. Оценил…

А еще только сейчас почему-то думаю: это же он ко мне пол ночи по трассе. Ко мне. Мог остаться и выспаться. Утром приехать. Я-то что? Мне сказано ждать — буду ждать, сколько сказано. Не пришлось.

Подстегнутая своими выводами и смелостью, которую они дарят, вздергиваю подбородок и возвращаюсь к глазам.

Не тону, а впитываю: похоть, власть, желание. Слишком сильные чувства для одного.

— Голова не болит?

Мотаю. Как ни странно, нет.

— А у тебя? — зачем-то спрашиваю. Но даже снисходительной улыбки не вызываю."

"— У меня и не болела. — Айдар отвечает серьезно. Мне кажется, что улавливаю его колебание. — Это не я бытулку выдул, а потом кончал, как из пулемета. — Его любовь сочится ядом. Жжет меня стыдом и гордостью. Не из-за бутылки я кончала, дурак. Ты же сам это понимаешь.

— Спасибо, кстати… За бутылку. — Стреляю в ответ.

Дразню чертей. Зазываю в танец. Я умею с ними справляться. Он это знает.

Хочется податься вперед. Качнуться маятником навстречу, но я сдерживаюсь. Он смаргивает и шагает в сторону.

— Пожалуйста, кстати… За бутылку. Там завтрак принесли. Пойдем.

Кивает в сторону спальни. Я выхожу и послушно ступаю перед ним.

* * *Шторы давно раздернуты. Комнату заполняет яркий свет.

Постель так красноречиво измята, что мои щеки опять вспыхивают.

Страшно представить, о чем думала горничная, расставлявшая тарелки на столике.